Наверху заголосили женщины. Ли подошёл к подножию лестницы и крикнул:
— Всё в полном порядке, мои дорогие. Генерал Форрест предпочел уйти раньше, чем он ожидал, вот и всё.
Однако всё было далеко не в порядке и он это знал. До сей поры, его противниками были те, кого своими врагами он считал в силу профессионального долга — мексиканцы, западные индейцы, Джон Браун, солдаты и офицеры Соединённых Штатов. Теперь же у него появился личный враг, причём опасный. Он протяжно выдохнул сквозь усы. Он мог почувствовать разницу. Но ему не было до неё никакого дела.
Нейт Коделл вытер пот со лба и ненадолго остановился отдохнуть в тени ивы. Его смешок вышел отчасти весёлым, отчасти огорчённым. Новая ферма Генри Плезантса находилась где-то в восьми километрах от Нэшвилля в сторону Касталии, а одышка появилась у него задолго до того как ферма появилась на горизонте. В армии восьмикилометровый марш не стоил того, чтобы на него даже жаловаться.
— Становлюсь ленивым и мягкотелым, — вслух сказал Коделл.
Он двинулся дальше. Вскоре он добрался до забора из жерди. Только он свернул на тропу, что вела к фермерскому дому, белый мужчина, что полол овощи у другого забора, повернулся и громко поздоровался, обозначив прибытие гостя. Голос у этого парня нёс ирландскую нотку; когда он повернулся к Коделлу, его бледное веснушчатое лицо показалось тому знакомым.
— Доброго дня, — сказал Коделл, приподнимая шляпу. — Мы никогда прежде не встречались?
— Чессгря, сэр, мне так не кажется. Джон Моринг я, и почти всё время до сих пор провел в Роли — прятался от армии, вот так.
— Вот, где… — начал Коделл и осёкся. Моринг служил не в его роте и исчез из 47-го северокаролинского вскоре после Геттисберга. Но то было почти три года тому назад, и никто уже не пытался выслеживать дезертиров. Коделл пожал плечами.
— Не важно. Мистер Плезантс дома?
— А вы Нейт Коделл, да? Ага, здесь он, сэр. Где ж ему быть-то?
Коделл вновь приподнял шляпу и пошёл дальше по тропе. Он прошёл мимо конюшни с загоном для крупного рогатого скота рядом с ней, перескочил через крошечный ручеёк, прошёл мимо амбара для кукурузы и поленницы. Он поморщился от запаха из свинарника рядом с амбаром, однако дальше посреди большого двора неправильной, по которому ходили куры и индюшки, стоял жилой дом.
Как только Коделл дошёл до края двора, на крытом крыльце дома появился Генри Плезантс. Он помахал другу и поспешил поприветствовать его. Дворовая птица бросилась врассыпную, оскорбленно вопя и кудахча.
— Здравствуй, Нейт, — сказал он, тряся руку Коделла.
Он махнул рукой в сторону полей, что тянулись позади дома.
— Бог даст, урожай будет хороший, хоть и дождя в этом году меньше, чем я рассчитывал.
— Хорошо, — сказал Коделл и тоже посмотрел на поля, затем на коровник и свинарник, затем на сам дом — двухэтажное выбеленное здание из вагонки, с тесаной крышей и высокой кирпичной трубой — не поместье плантатора, конечно, но и не хибара.
— Выглядит всё здорово, Генри, я рад за тебя.
— Мне всё ещё нужен человек с толковой головой, чтобы вести счета, Нейт, дабы я не занимался бухгалтерией лично, — сказал Плезантс. — Ты же знаешь, платить я тебе буду больше, чем ты получаешь за преподавание.
То же самое предложение он делал Коделлу, когда тот приходил на ферму в прошлый раз. Как и тогда, Коделл покачал головой.
— Мне нравится учить, Генри. Это не та работа, за которую берешься ради денег. К тому же, я лучше останусь тебе другом, чем стану наёмным работником.
— Одно другого не исключает, Нейт. И ты сам это знаешь.
— Ладно, но всё же, нет, спасибо.
Коделл ничего не знал таких примеров. Будучи учителем, он трудился за жалование, но обладал широкой свободой действий в том, что делал и как. Такой расклад лучше устраивал его независимую натуру, чем сидение за гроссбухом со стоящим над душой Генри Плезантсом.
Из дома вышел чернокожий мужчина с кувшином виски и двумя стаканами.
— Спасибо, Израиль, — сказал Плезантс.
— Тебя в последнее время не видать в лавке, Израиль, — сказал Коделл. — С каких пор ты стал работать на Генри?
— Уж три-четыре недели как, сэ', — ответил негр. — Миста Плезантс платит столько ж, сколько миста Лайлс, да и книг у него в достатке. Теперича я понимаю, как же я люблю читать, сэ', это уж точно. Миста Лайлс малость пошумел, когда я уходил, но это не то, что если б он мной владел.
— С Израилем одна беда — оторвать его от книжки, когда он мне нужен для чего-то, — сказал Плезантс. — Если смогу научить его считать, может и посажу его счетоводом, раз уж тебе, Нейт, эта работа не нужна. — Говорил он в шутливом тоне, однако, вдруг повернулся и пристально посмотрел на Израиля. — Господи, может, я так и поступлю. Я всё гадаю, способен ли он учиться? Израиль, хочешь попытаться выучиться счёту? Если справишься, у тебя будет больше денег.