Милдред Ли закрепила последнюю застёжку.
— Мы готовы, папа, — сказала она.
— Превосходно. Тогда, пройдёмте.
— Мне нужен плед на колени, если не хочу застудиться до смерти, — заявила Мэри Кастис Ли.
— Накройте маму пледом и поскорее, — сказал Ли, бросив взгляд на часы. — Церемония должна начаться в половине двенадцатого.
Милдред обернула колени матери пледом.
— Так достаточно быстро? — поинтересовалась она. — Или, если бы мы задержались, ты отправился бы без нас, как частенько ходишь в церковь в одиночку, когда мы слишком долго собираемся?
Ли, чьё чувство пунктуальности было усилено тридцатью пятью годами воинской дисциплины, сказал:
— До тех пор, пока вы не подвергнете меня этому искушению.
Милдред показала ему язык. Он попытался принять грозный вид, но заметил, что вместо этого начал улыбаться.
Джулия начала толкать кресло Мэри Кастис Ли, но будущий президент отодвинул её в сторону — эту обязанность он возьмёт на себя. Вместо того, чтобы выйти через фойе «Поухэттен Хаус», Ли направился к чёрному ходу отеля, который выходил прямо напротив Кэпитол Сквер. Позади него гордо шествовали дочери, их широкие юбки шуршали, когда они проскользнули по коридору.
Холодный воздух бодрил. Ли выдохнул облачко пара так, словно внезапно взялся за курение. Его супруга приподняла плед повыше.
— Вот, видишь? Я бы замёрзла, — сказала она.
Ли потянулся и похлопал её по плечу.
— Я рад, что ты его взяла.
Кэпитол-стрит и другие улицы, которые вели на Кэпитол Сквер уже кишели людьми, пробивавшимися в сторону крытой деревянной трибуны, возвышавшейся под статуей Джорджа Вашингтона. Распорядители торжества с обнажёнными саблями и АК-47 за спинами ненадолго задержали толпу, позволяя Ли и его семье пройти. Прежде чем он и Альберт Гэллатин Браун принесут присягу на этой трибуне, Капитолий Конфедерации ожидали другие церемонии.
Распорядители помогли Ли затащить кресло его жены по ступенькам ко входу в Капитолий. Ему отсалютовал старший распорядитель, пухлый полковник службы артиллерийско-вещевого снабжения, человек, чей возраст значительно превышал воинское звание, по имени Чарльз Диммок.
— Господин избранный президент, — прогремел он.
Ли склонил голову.
— Господин старший распорядитель.
К Ли подбежал конгрессмен от Северной Каролины Сайон Роджерс.
— Господин избранный президент, от имени Объединённого Комитета по Протоколу для меня честь приветствовать вас в Конгрессе Конфедеративных Штатов Америки. Предлагаю вам и вашей прекрасной семье проследовать за мной.
Он провёл семейство Ли в зал заседаний вирджинской палаты делегатов — законодатели штата Вирджиния продолжали собираться в Капитолии, параллельно с Конгрессом Конфедерации. В зале набились конгрессмены, сенаторы, члены сената и палаты представителей Вирджинии, губернатор Вирджинии Смит, несколько глав других штатов, судьи, генералы и священнослужители, вместе с толпой репортёров. Они начали приближаться к Ли, пока между ними и избранным президентом не встал полковник Диммок.
На глаза Ли попался посол Соединённых Штатов.
— Поздравляю, генерал, или, скорее, господин избранный президент.
— Благодарю, мистер Пендлтон, — твёрдо ответил тот.
Бывший конгрессмен от Огайо Джордж Пендлтон был близким другом вице-президента США Валлендигэма и являлся сторонником мирного урегулирования конфликта с Югом на протяжении всей Второй Американской Революции. Ли добавил:
— Позвольте поаплодировать недавнему захвату генералом Шериданом Виннипега. Ваши войска по-прежнему действуют превосходно, как и ваш броненосный флот на Великих Озёрах.
— Вы слишком любезны по отношению к недавнему противнику. — Этими словами Пендлтон давал понять, что благодарен отсутствию комментариев по поводу полного превосходства британского флота в открытом море. Снова не только бомбили гавань Бостона, но и отряд британских морских пехотинцев высадился и сжёг Сан-Франциско, затем они погрузились обратно на корабли и ушли раньше, чем флот США мог что-либо сделать.
— Следуйте, пожалуйста, за мной, господин избранный президент… — произнёс конгрессмен Роджерс.