Никакой проволоки с шипами, защищавшей орудия, здесь не было. Бойцы, что шли вместе с ним, достаточно повоевали, чтобы не шуметь без необходимости, но все заухмылялись и покрепче стиснули винтовки. Они знали, чего здесь добивались.
— Как близко к городу подходит этот лес? — спросил Стрейндж у Молли.
— Меньше, чем на полмили, сэр, — ответила та.
Майор засиял, словно херувим.
Выяснилось, что дела обстояли не так, как ожидала Молли. Они вышли на свежую росчисть, посреди которой стоял большой недостроенный дом. На дальней стороне в сторону сражения спешили четверо ривингтонцев. Когда конфедераты вышли из леса, они замерли в некоем комичном замешательстве. Затем один из них вскинул винтовку к плечу и начал стрелять.
Яростная перестрелка длилась всего несколько минут — даже в нательной броне, четверо или пятеро человек ничего не могли поделать с целой ротой. Продвигаясь на север, майор Стрейндж почёсывал подбородок. Он взмахом руки приказал своему отряду остановиться, затем четвертую часть этого крошечного подразделения отправил в западном направлении.
— Я помню, что генерал приказал мне двигаться на город, но после устроенной нами перестрелки, ривингтонцы уже в курсе нашего появления, — сказал он. — Мне не хочется получить удар сбоку, особенно, когда бить должен я.
Бойцы, которых он отделил от основного отряда, не без сожаления, но всё же, ушли — приказ Стрейнджа был слишком хорошо обоснован с военной точки зрения, чтобы ему не подчиниться, даже солдатам, которым хотелось загнать добычу. Их всех хотя бы раз обходили с фланга, поэтому никому не хотелось снова подвергаться этому наказанию.
Стрейндж снова махнул рукой.
— Идём! Как застрельщики.
Конфедераты выстроились в две линии, все отошли друг от друга на некоторое расстояние, и тронулись в путь. Впереди раздалось несколько выстрелов, но лишь несколько. Завидев среди деревьев выбеленную громадину «Нехилтона», Нейт нечаянно издал «крик повстанца».
Неподалёку, с левой стороны, раздалась стрельба. Молли одобрительно кивнула в сторону Д. П. Стрейнджа. Коделл тоже кивнул — ривингтонцы пытались охватить их отряд. «Здорово, когда офицер видит чуть дальше собственной бороды», — подумал Коделл.
Под Стрейнджем что-то хлопнуло. Звук был достаточно громким, чтобы Коделл, который шагал в пятидесяти метрах справа от майора, посмотрел в его сторону. Он заметил, как из земли выпрыгнул чёрный цилиндр, примерно на уровне поясницы Стрейнджа. Мгновением позже раздался более громкий взрыв. Майор осел, как пустой мешок, практически разорванный надвое. Упала ещё пара человек, что находились к нему ближе всех. Мимо Коделла прожужжали, будто разъярённые пчёлы, маленькие смертоносные осколки.
— Мина! — раздался вопль из полудюжины глоток.
Коделлу захотелось пролететь по воздуху, ну или как Иисус, пройти по воде. Но иного выхода, кроме как бежать, не было.
— Доберёмся до Ривингтона, больше никогда в жизни не будем иметь дела с минами! — выкрикнул он, скорее для воодушевления самого себя, нежели тех, кто находился рядом. Когда бойцы радостно закричали, он моргнул.
Впереди в тот же миг возник город, который стал проклятием для всей Конфедерации. На улице находилась лишь небольшая группа людей в пёстрой одежде. Коделл открыл по ним огонь. Вместе с ним начали стрелять ещё несколько конфедератов, поэтому, хоть Коделл и видел, как один человек упал, он не был уверен, что его сразила именно его пуля.
Остальные ривингтонцы бросились в укрытия. Памятуя о приказе Натана Бедфорда Форреста бедному майору Стрейнджу, Коделл выкрикнул:
— Следите, куда они отходят. Именно там и находится то, что нужно генералу.
Следовать собственному совету оказалось не так просто. Повсюду разбегались не только ривингтонцы — среди них оказалось немалое число визжащих рабов, несколько белых в обычной одежде — «настоящие ривингтонцы», — подумал о них Коделл — и женщин, которые бросились по сторонам при первых звуках стрельбы.
— Вокзал! — сказала Молли, и именно туда, судя по всему, отступали ривингтонцы. Уголок рта Коделла изогнулся. У него уже был небольшой опыт городских боев, когда армия Северной Вирджинии брала Вашингтон, и разумеется, он ему не нравился. Впрочем, никому и в голову не придёт интересоваться мнением солдата, нравится ли ему то, что он должен выполнять.
Он прополз до конца лошадиной поилки, за которой прятался вместе с Молли, и начал высматривать следующее укрытие. Добравшись до него, он заметил, как через железнодорожные пути бежали двое в пятнистой зелёной форме.