Снова громыхнул «Спрингфилд». Он вгляделся в кусты, выжидая. Что-то пошевелилось — что-то синее. Он выстрелил. Мгновение спустя над его головой прожужжала пуля, она прошла так близко, что он ощутил над ухом дуновение ветра. Прилетело не с той стороны, куда он стрелял — это парочка янки устроила засаду, в которую он и вляпался.
Коделл пополз обратно к поваленному стволу, что заприметил ранее в нескольких метрах отсюда. Пока он полз, мимо него прожужжала ещё одна пуля, и едва он успел укрыться, над головой пролетела ещё одна. Он уткнулся лицом в пахнущую плесенью грязь. На шею упала веточка, срезанная пулей Минье. Она щекотала. Коделл не стал её стряхивать.
Примерно через полминуты он осторожно переместился к дальнему концу ствола. Он по-прежнему не видел федералов, что в него стреляли, но висевший в прохладном воздухе среди деревьев дым подсказывал, где они могли находиться. Он несколько раз быстро выстрелил, каждый раз благословляя свою винтовку. Он не знал, попал ли в кого-нибудь или нет, но треск кустов говорил о том, что янки уходят.
Или ему так показалось. Эти янки оказались хитрыми жуками. С предельной осторожностью он двинулся вперёд. Лишь добравшись до зарослей молодых дубов, он посмел поверить в то, что они действительно убрались прочь.
Сержант двинулся дальше на юг. Пару раз в него стреляли федералы. Он стрелял в ответ. И опять же, он понятия не имел, попал ли в кого-нибудь или нет. Это было непросто понять даже на поля боя, где противник стоял прямо перед тобой. В Глуши же, это просто невозможно.
Он присоединился к Отису Мэсси и нескольким другим солдатам, с которыми провёл ночь. Стрельба впереди становилась всё интенсивнее. Через несколько минут он выяснил её причины: «синие» отстреливались из-за их собственной баррикады. По расположению, она находилась на дальней стороне росчисти. Даже с АК-47 в руках, во рту у сержанта мгновенно пересохло, едва он подумал об атаке на громыхающие винтовки.
— Выстраиваемся в линию здесь, в лесу, мужики, — приказал офицер.
Большинство конфедератов оставались внизу, стоя на колене или лёжа на животе. Офицер расхаживал туда-сюда, словно на воскресной прогулке. Вокруг него плясали срезанные пулями Минье ветки, однако он не обращал на них никакого внимания.
Когда он прошёл мимо пня, за которым прятался Коделл, тот признал в нём капитана Джона Торпа из роты А. Торп был стройным невысоким парнем с невыразительными чертами лица. Он носил тонкие усики, которые делали его немного похожим на шулера с речного парохода. И всё же, как бы он ни выглядел, мужества ему было не занимать.
— Проверьте, заряжены ли магазины, мужики, — произнёс он и какое-то время подождал, пока бойцы зарядятся. — По моей команде, орём как следует и рвём к их укреплению. Готовы?.. Давай!
Вопя, словно бесы, повстанцы выскочили из укрытия и бросились на баррикаду. Половина — даже больше половины — крика Коделла, был неприкрытый страх. Он гадал, можно ли это было сказать и об окружавших его людях, или они, подобно Торпу, имели иммунитет к этой болезни. Едва он успел об этом подумать, как рядовой по правую от него руку крутанулся и рухнул в траву, из его бедра лилась кровь.
Коделл раз за разом жал на спусковой крючок. Прицелиться как следует он не мог, поэтому большую часть пуль выпустил в воздух. С АК-47 в руках он мог одновременно и стрелять и двигаться. Никаких больше остановок под безжалостным огнём противника, никакого больше шомпола в потных пальцах, никаких больше ударов им о землю или по нему — камнем, если ещё удастся найти камень.
Ещё больше конфедератов упало, но падали и янки, что сидели за бруствером. Прямо напротив Коделла голова человека в синем мундире исчезла в красном облаке. Сержант завыл, словно рысь и начал перебираться через стволы деревьев.
Штык едва не приколол его руку к ветке дерева, за которую он держался. Федерал, что набросился на него с четырёхфутовой винтовкой и восемнадцатью дюймами стали в таком бою имел всё преимущество. Паренёк вскинул «Спрингфилд» для очередного удара. Коделл выстрелил в него с расстояния примерно с метр. Федерал согнулся, словно от удара в живот. Но в отличие от человека, которого ударили в живот, обратно он не разогнулся.
Коделл встал на южной стороне баррикады, рядом с ним стоял ещё один конфедерат. Один из них повернулся на запад, другой на восток. Оба начали быстро стрелять по цепи янки — скорострельные винтовки были просто созданы для продольного огня. Федералы падали один за другим. На баррикаду взбиралось всё больше и больше бойцов в серой форме.