- Делай!
Недовольная девушка тянется к ячейкам с ключами, и достав оттуда ярко-красную карту, протягивает мне:
- Пожалуйста! Ваша комната на пять этаже, право по коридор…
- Благодарю… - всё еще находясь в сумбуре, хватаю я долгожданную ключ-карту, и вцепившись в ручку чемодана несусь в сторону лифта.
- Я провожу… - слышу я ненавистный голос за спиной, и не оборачиваясь зло выпаливаю:
- Не стоит…
Спиной ощущаю, как мужчина следует за мной, не приняв во внимание мой отказ.
Впрочем, как и всегда…
Для Орлова всегда существовало только два мнения: его и неправильное…
- Спасибо, конечно, но я бы и сама нашла свою комнату… - цежу недовольно, когда железные двери лифта, отрезают нас от внешнего мира.
- Не сомневаюсь… - безразлично пожимает плечами мужчина, - моя комната на том же этаже…
А вот это уже неприятно, мелькает в голове испуганная мысль… Не хотелось бы мне находиться поблизости с этим нахалом на протяжении своего долгожданного отпуска.
- Так и будешь делать вид, что мы незнакомы? – неожиданно раздаётся над самым ухом его грубый бас.
- Не понимаю, о чём вы… - выпаливаю я, выскакивая в, наконец, открывшиеся двери.
Бегу по красному ковролину, отчаянно таща за собой многострадальный багаж, и искренне надеясь, что комната Орлова в другой стороне, и он не плетется позади меня... Но, конечно же, фортуна сегодня явно не на моей стороне, так как бросив косой взгляд за спину, я вижу его самодовольную физиономию. Тяжёлый взгляд Орлова буравит мои тылы, вызывая волны неприятных мурашек...
Наконец, перед глазами появляются долгожданные цифры, и я нервно прикладываю красный пластик к блестящей ручке, однако, та почему-то не срабатывает.
- Помочь? – ухмыляясь, предлагает свою помощь этот гад, вызывая у меня лишь раздражение.
- Нет! - бормочу я, вновь и вновь тыкая карточкой в закрытую дверь. – Иди куда шёл…
- Я уже пришёл… - подмигнув мне, показывает он пальцем на соседнюю с моим номером дверь, отмеченную тремя крупными серебристыми шестёрками. – Ключ другой стороной переверни… - прикладывает он свою карту к ручке, и его дверь с тихим щелчком отворяется. – До встречи! – с улыбкой произносит он, и его наглая рожа скрывается внутри комнаты.
- Не дай Бог! – недовольно шепчу я, наконец, отворяя свой номер, и устало вздохнув, проверяю закрылась ли за мной дверь.
Мне сюрпризы не нужны, а соседство с Орловым ни к чему хорошему привести не может априори…
Раздрай внутри не даёт мне мыслить здраво. Я нервно меряю шагами огромную комнату, не обращая никакого внимания на её внутренне богатое убранство.
Устало опустившись на мягкую двуспальную кровать, я хмуро пялюсь в окно, выходящее прямо на бескрайние морские просторы. Водная лазурь сливается с небесной гладью, даря ощущение свободы и уединения. Но не для меня...
- Нет, Орлов! – раздаётся мой едва различимый шёпот. – Этот отдых я тебе испортить не дам!
Глава 2
Спустя несколько часов, когда буря в душе слегка улеглась, а мозги, наконец, стали мыслить мало-мальски здраво, я, разобрав объёмный чемодан, закрываюсь в ванной комнате.
Жгучее желание поделится неприятной новостью и выговорится, заставляют подрагивающие пальцы набрать лучшую подругу по видеосвязи в популярном ныне мессенджере.
- Эмка… - показывается на экране телефона, растрепанная голова Майки. – Как долетела?
- Долетела отлично… - стараясь успокоить внутренний мандраж, улыбаюсь я ей. – А вот с заселением в отель вышли проблемы…
- Что такое? – удивляется подруга, попутно наводя молочную смесь для малыша.
- Они полтора часа не могли найти мою бронь…
- Ужас… - зло выпаливает Майя, - ты учинила им скандал?! Это недопустимо…
- Нет, - смущенно мотаю я головой. – Ты же знаешь, я и скандал — это абсолютно два несовместимых понятия...
- Маслова, ну ты даёшь! - недовольно тянет подруга. – Столько лет со своими спиногрызами в школе лямку тянешь, а брехать так и не научилась… Взяла бы уроки хамства у своих остолопов, не всё ж тебе одной их пытаться доброму и вечному учить…
- Ты преувеличиваешь, не такие уж они и остолопы… - улыбаюсь я Майке, вспоминая своих учеников, что, используя новомодный сленг, живо дискутировали на одном из последних уроков по "Преступлению и наказанию" Достоевского.
«Раскольников – мой краш, он не побоялся, что его захейтят чечики… А бабка была чисто токсик и скамерша, он, считай, герой! Бабка-то знатно лажала по жизни. Потому и случился этот треш…» - визгливо разглагольствовала ярко-накрашенная десятиклассница Ева Перова, активно гоняя жвачку во рту.