На сей раз обеспечения из берлинской резидентуры не было. Данила приехал из Праги самостоятельно, а на подмогу Хельга взяла Хайнца. Ставки были очень высокими и если операция пойдет не по плану, Хельге и Хайнцу придется скрываться. Но Данила был уверен, что все пойдет по сценарию. Он хорошо знал американцев и не переоценивал их бойцовских качеств. Фильм «Спасти рядового Брайена» придуман ими для наивных людей. Американец слишком самовлюблен, чтобы жертвовать собой любимым ради каких-то там высоких идеалов.
Булай не спеша вошел в зал, приблизился к столику с беседующими и, не спрашивая разрешения сел напротив Кулиша рядом с Хельгой. Сегодня ему придется играть роль плохого, очень плохого парня.
Кулиш с недоумением посмотрел на незнакомца и в глазах его появилась искорка возмущения, после которой следует ожидать фразы: «Вы чего, собственно, хотите, мистер?» Однако эта искорка погасла и вместо нее появился огонек узнавания. Огонек все разгорался и наконец Кулиш вымолвил:
– Дьявол, неужели….?
– Сами вспомните фамилию, мистер Кулиш, или напомнить? Это меня Вы пытались отправить на тот свет двенадцать лет назад. Как, вспоминаете?
Кулиш вспомнил. Взгляд его напрягся, лоб покрылся испариной. Он отчаянно пытался понять, в какую ситуацию попал. Хельга бесспорно работает на русского. Это очевидно. Но что она успела сообщить? Что русский успел задокументировать? Если у него нет ничего, кроме ее рассказов, то тогда посмотрим, чья возьмет.
Данила с усмешкой следил за бегающими глазами американца:
– Не мучайтесь догадками, Ник. Мы сняли на видео Ваши встречи с Хельгой в полном объеме. Получился полнометражный документальный фильм под названием «Странная любовь ЦРУ к немецкому народу». Диск с этим фильмом Вы обязательно увидите. Хотя показывать друзьям Вы его вряд ли захотите. Лента ярко свидетельствует о том, что помощницу федерального канцлера Германии пытался завербовать американский кретин. Хельга на Вас очень обижалась, правда, дорогая?
Хельга печально кивнула головой:
– Правда. Он словно только вчера с пальмы упал.
«Золотая девочка» – подумал Данила и продолжал:
– Они все такие, Хельга. Это их дядя Сэм такими штампует. Он им говорит: любите себя больше всего на свете и будете счастливы. Вот они и ловят кайф, где только могут, вместо того, чтобы по-настоящему делом заниматься. Но это так, к слову. На самом деле я хочу продать Вам дискету, мистер Кулиш, с Вашими похождениями в Германии. Как, будем торговаться?
– Вы не понимаете, на кого замахнулись – наконец обрел голос Кулиш – Вам этого не простят.
– Я на Вас не замахиваюсь, Ник, охота мне руки пачкать. Я просто защищаю честь невинной женщины, которую Вы своими грязными методами хотели склонить к предательству родины.
– Если бы только это – вмешалась Хельга – он и в постель меня тащил, польская свинья.
– Я американец – буркнул Кулиш.
– Хельга, за что Вы немцы так не любите поляков? Если бы не театр, которые они устраивают в Европе последние триста лет, тут и жить-то было бы неинтересно. Впрочем, ты записала акт своего совращения на камеру?
– Так я ему и далась, этому уроду. Но с голой задницей он на экране наверное фигурирует. Знаешь, как мне было противно. Я даже не проверяла запись. Когда он ушел меня два раза вытошнило.
– Вот какие плоды атлантической дружбы порождает Ваша неумеренная активность, мистер Кулиш. Немцев от нее даже тошнит. Хельга так разочарована Вашим поведением, что предлагает сразу ознакомить с фильмом Герхарда Шредера. А Вы так нехорошо отзываетесь о нем в этом фильме. Более того, пытаясь убедить Хельгу, Вы имели глупость сказать, что платите ХДС-ХСС немалые деньги в кассу через подставных лиц. У меня даже дух захватывает от того, что будет. Вы сами как думаете, что будет потом?