И любят они друг друга, это точно. Тухачевский вообще всю Первую мировую в немецком плену просидел, в баварском городе Ингольштадте. Да что там, просидел. Неволя его была очень любопытной. Например, один известный и таинственный фриц Карл Хаусхофер не оставлял без внимания офицеров лагеря и выискивал среди них лиц, способных стать идейными сторонниками Германии. Он увидел в молодом Тухачевском весьма перспективную и полезную для фатерланда фигуру и стал проводить с ним воспитательную работу. А ведь он был основателем тайного общества «Германенорден». Чувствуете тонкость момента?
– Из «Германенорден» позже выделилось гитлеровское «Общество Туле».
– Проще сказать, Хаусхофер сделал его отдельным обществом. И Миша был посвящен в этот ядовитый бред. Я Вам скажу, что для человека наполеоновского склада бред очень подходящий. Сладкая каша о владычестве над временем и пространством. В общем, полюбил он немцев.
А уж немецкие то генералы всегда в русских души не чаяли. Может не потому, что у нас душа широкая, а потому что у нас народа много. Миллионы можем мобилизовать. Кому же не хочется такого союзника заполучить?
Вот только Феликсу Кривицкому не позавидовать. Что делать-то бедному разведчику? Информацию накопал на собственных друзей. Сам троцкист и о заговоре троцкистов узнал. Не Сталину же эти данные докладывать! Поэтому Гинзбург потихоньку готовится к измене родине. Дело это не простое. И деньгами надо запастись и информацией на продажу. И до последнего момента никаких поводов для подозрений не давать. Это самое трудное. Только что сбежал к англичанам его дружок Игнатий Рейс. Правда, спрятался он от НКВД в Швейцарии и получил Феликс указание Москвы предателя уничтожить. Бежать он был еще не готов, поэтому, чтобы не срывать планов, указание выполнил. Пристрелил лучшего друга как собаку. Жена Рейса, она же подруга Феликса, сначала очень возмущалась: мол, между нами кровь Игнатия. Потом правда, подобрела и продолжила дружбу с Гинзбургом. Женщина, что с нее возьмешь.
– К чему Вы все это мне рассказываете, милейший Порфирий? Ну, интригует бывший кайзер со своей родней и что?
– Сейчас объясню. Гитлер уже подавил своих красных противников, коммунистов и социалистов. Они выбиты. Кто может теперь оказать ему серьезное сопротивление? Конечно монархисты. Точнее, генералы-монархисты. У них связи в армии, они группируются вокруг Вильгельма, но им нужна заграничная поддержка. От кого она может придти и как ее организовать? Только через родственные связи кайзера при королевских домах Европы. Поэтому Вилли теснейшим образом конспирирует с английским Эдуардом Восьмым и даже получает от него помощь. В чем напряжение момента? Конечно же в вопросе: кого реально поддержат англичане, Вилли или Адольфа?
За всем этим процессом с 1935 года наблюдает глава абвера Канарис, который играет собственную партию. Он тайно ненавидит Адольфа и не в состоянии честно служить национал-социализму. По долгу службы Канарис должен наблюдать за кайзеровскими генералами. Но наряду с этим он тайно связан с Лондоном и подыгрывает англичанам. СИС считает его своим агентом, но это упрощенный взгляд на вещи. Скорее всего, Канарис подыгрывает СИС как противник Гитлера и далеко не все, что знает, сообщает в Лондон.
Теперь складывается такая ситуация: англичане, конечно же, были в курсе планов генералов вермахта через другую агентуру, например, через Локкарта. Но Канарис имел более надежные источники и довел до них системную информацию о готовящемся перевороте. Он надеялся на то, что СИС поддержит переворот. Но сильно ошибся. Вместо этого в 1935 году из Виндзора Гитлеру поступает два исторических посыла.
Первый посыл – о заговоре генералов – монархистов. Англичане сдали генералов и однозначно сделали ставку на Гитлера. Фюрер расправился с заговорщиками, однако здесь он не стал особенно усердствовать. Понимал, что эти военные имеют в армии огромный авторитет и нет смысла устраивать показательный процесс. Поэтому герои Первой мировой войны были по большей части отправлены в отставку и лишь их главарь Ганс фон Зект умер при таинственных обстоятельствах.
Второй посыл являлся развитием первого. Он звучит так: «Уж коли мы сделали ставку на тебя, то ты должен действовать». «Комитет 300» довел до фюрера, что он может сделать ключевой шаг в разрушении Версальского договора – ввести войска в демилитаризованную Рейнскую зону. Рейнская зона, извечный плацдарм нападения на Францию и Бельгию, по этому договору была объявлена демилитаризованной именно для того, чтобы у Германии больше никогда не появлялось этого плацдарма для новых нападений. И вот, всего лишь пятнадцать лет спустя после подписания договора, англосаксы дают отмашку Гитлеру – не зевай, возвращай себе этот плацдарм. Более того, Лондон подсказал, когда это нужно сделать: за день до истечения советско – французского и советско-чехословацкого договоров о взаимопомощи в отражении агрессии. Это была та цена, которую англичане платили в надежде на будущую лояльность Германии.