Что ж, хорошо хоть я не привыкла врать самой себе — очевидно же, что мне просто захотелось услышать голос своего коллеги. Слишком уж много его было рядом со мной в последнее время, чтобы я не прониклась ситуацией. Пожалуй, я даже начала привыкать к его постоянному присутствию, и в этом свете предстоящий отпуск казался мне еще более замечательной идеей.
Несмотря даже на всю свою нелюбовь к шоппингу, провозилась я с походом за покупками всю первую половину дня, вторую провела в попытках запаковать всё это в одну большую спортивную сумку по принципу «впихнуть невпихуемое». Честное слово, если б за компактную упаковку вещей раздавали призы, мне бы точно светила медалька за первое место.
А потом всё закрутилось — две недели достаточно долгий срок, чтобы не оставлять без присмотра работающий холодильник, так что пришлось думать, куда девать оставшиеся продукты. Потом я вспомнила, что нужно передать показания, чтобы счёт за коммунальные не напоминал сумму за полёт на космическом корабле.
Но зато, несмотря на всю эту бессмысленную суету, мне удалось выспаться, так что на смену я пришла бодрая и в хорошем настроении. Первым делом отправила Елену узнавать о самочувствии девушки, попавшей в аварию. Все показатели у нее были в норме, она несколько раз просыпалась и чувствовала себя неплохо, если не считать болей в поврежденных ногах.
Зайти к ней сегодня у меня никак не получалось — запись на прием оказалась забита полностью, так что даже на обед у меня осталось всего полчаса. Впрочем, в отделении за ней наблюдал Кирилл, так что я туда особо и не рвалась, зная, что он ничего не упустит.
Что ж, можно смело сказать, что последний день перед отпуском порадовал меня отсутствием сложных пациентов. Несмотря на их большое количество, не было ни одного, кому потребовалось бы срочное хирургическое вмешательство, а плановые операции проведут уже без моего присутствия.
Заехать перед тренировкой домой я не успевала, а всё необходимое предусмотрительно взяла с собой утром, так что поехала сразу к бульвару, где меня должны были дожидаться друзья.
Артур хорошо потрудился, продумывая программу на этот раз, — учить её оказалось довольно легко, даже несмотря на то что на этот раз мы поменяли и порядок выступления и часть реквизита. Если Лис и Кот так и не изменили своим любимым драгон-стаффам, то мы с Симбой отличились — я для второй части номера вместо поев взяла веера, а друг вообще заменил полюбившийся ему роуп-дарт огненным кнутом.
— Шевелись, Оса, — Артур сначала отсматривал работу каждого из нас отдельно, критикуя и поправляя, так что досталось всем, в том числе, и моему умению управляться с веерами, — ты слишком медленно их вращаешь. С такой амплитудой слишком высок шанс получить травму.
— Знаю, — на это замечание я только кивнула, потому что и сама прекрасно чувствовала, что руки отвыкли, — придется тащить их с собой. Надеюсь, у меня найдется время, чтобы отработать эту часть в отпуске.
— Очень на это надеюсь, — Симба только кивнул серьезно, а потом нахмурился и распорядился, — а теперь не отлынивай и повтори всё с самого начала. А потом прогоним всю программу полностью и, пожалуй, даже пару раз.
Возражать я даже и не думала — Артур никогда не давал плохих советов. Он, пожалуй, лучше нас представлял, к чему может привести даже легкая небрежность в отработке программы, поэтому требовал от нас идеального исполнения. Именно поэтому нам никогда и не приходило в голову спорить, мы повторяли всё столько раз, сколько нам было сказано.
Сделать всё как надо, у меня получилось где-то круге на третьем — именно тогда Симба перестал хмуриться, глядя на меня, и даже пару раз одобрительно улыбнулся. Я с облегчением выдохнула и продолжила уже куда более спокойно, без лишних нервов.
В общей сложности мы провели на площадке для тренировок больше двух часов и, как всегда, собрали толпу зрителей, хоть и использовали не открытый огонь, а светодиодный реквизит. Судя по энтузиазму толпы, со стороны и это зрелище было весьма интересным.
Расходились мы уже в сумерках, и, если честно, после такого дня я чувствовала себя просто жутко вымотанной. Разглядывая в окно маршрутки вечерний город, я радовалась тому, что оказалась предусмотрительной и собрала вещи заранее. Возиться с ними сейчас у меня точно не было ни сил, ни желания.
Хватило меня только на то, чтобы сходить в душ и выпить стакан чая — даже поесть не получилось. От одной мысли о еде сводило желудок, а к горлу подкатывал комок. Сигнал телефона прозвучал, когда я уже залезала под одеяло в растянутой футболке брата (в своё время стащила у него несколько штук, уж очень удобно в них было спать).