— Красиво! — мелкая даже в ладоши захлопала. Она всегда так делала, когда что-то ей очень сильно нравилось, так что я точно знала, что от танца она сейчас находится в полнейшем восторге, а, значит, можно брать её тепленькой.
— Раз красиво, значит сейчас мы с тобой идем в комнату, — хитро прищурилась я, подходя ближе, и, подхватив её на руки, добавила, — ты ляжешь спать, а я расскажу тебе, как Маленькая принцесса познакомилась с Цветочной феей.
С такими условиями поводов для капризов у Мышки не осталось, так что она безропотно доехала на моих руках до своей комнаты, перетерпела умывание и без возражений забралась под одеяло. Заснула она, правда, очень быстро, не дослушав и половины новой истории. Я приглушила свет ночника и вышла из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить ребенка стуком.
— Всё, спит ваша принцесса, — улыбнулась в ответ на вопросительный взгляд Маськи, — даже сказку не дослушала.
— Спасибо, Оль, — улыбнулся Артур, а потом перевел взгляд на Кирилла, снова на меня и, прищурившись, что мне совсем не понравилось, предложил, — А ты не хочешь показать Киру местные достопримечательности, он ведь, в отличие от всех нас, сюда приехал в первый раз? Кир, как ты смотришь на небольшую экскурсию?
— С удовольствием осмотрелся бы здесь, — кивнул Загорский и тоже посмотрел на меня, — если Ольга, конечно, не будет против.
— Не буду, — я покачала головой, мысленно прикидывая, что стоит показать в первую очередь, а без чего можно вообще обойтись, — идем?
Кирилл легко поднялся с деревянного сиденья, и мы в самом деле пошли гулять. Сначала я привела мужчину к заброшенному саду — когда-то он принадлежал дачному кооперативу, а теперь им никто не занимался, но здесь по-прежнему росли яблони с удивительно кислыми яблоками и вишни с удивительно мелкими, но зато сладкими ягодами. Конечно, красивее всего здесь было весной, но и летом, с буйством зелени, сад был хорош.
Еще одной местной достопримечательностью с забавной историей были местные «графские развалины» — какой-то предприниматель из местных уроженцев пытался построить то ли новую дачу, то ли еще что. Размахнулся на трехэтажное здание с арочными проемами окон и дверей и кованым забором. Но или денег не хватило, или еще что, только стройка оказалась заброшена и облюбована местными подростками, которые собирались тут по вечерам. К счастью, пока обходилось без несчастных случаев, что неимоверно радовало родителей чадушек-экстрималов.
— А это у нас домик ведьмы, — махнула рукой в сторону самого старого домика в посёлке, заброшенной избушки за покосившимся забором, стоящей на самом отшибе, куда мы только что подошли. Выглядела она и в самом деле жутковато, потому что бревна давно обветшали, окна зияли темными провалами, а от вида окруживших её зарослей крапивы всё тело самопроизвольно начинало чесаться.
— Что, прямо самой настоящей ведьмы? — усмехнулся Кирилл, глядя на меня, и только слепой не заметил бы искорки смеха в его глазах, — которая с зельями, порчей и всякими колдовскими штучками?
— Ага, — подтвердила беззаботно, утягивая мужчину дальше, — во всяком случае, именно так её называл местный сторож, дядя Петя, когда рассказывал, как лет тридцать назад она его так заколдовала, что он спиртное даже на дух переносить перестал.
Кирилл рассмеялся, но послушно последовал за мной, уходя с дороги на узенькую тропинку. Дачный посёлок стоял на крутом берегу реки, поэтому купаться тут было не очень удобно — приходилось спускаться дальше вниз по течению туда, где был пологий спуск к воде. А вот полюбоваться закатом мы могли и с того места, куда я целенаправленно вела мужчину, когда список местных достопримечательностей иссяк.
Каждый раз, когда мне удавалось навестить друзей, я шла именно сюда — это было моё любимое место. Обычно я брала с собой плед, усаживалась прямо над обрывом и размышляла обо всём понемногу. И, отчего-то, именно с Кириллом мне хотелось поделиться этой частью своей жизни.
— Ты не представляешь, как тут красиво именно по вечерам! — рассказывала, едва ли не приплясывая от нетерпения, пока мы шли к воде, — солнце обычно такое оранжевое, отражается в воде и, кажется, что листья у деревьев и трава розовые, прямо как на фэнтези-картинках…
— К чёрту всё! — рыкнул вдруг Кирилл. Мы как раз вышли на берег, и я не понимала, что могло его так вывести. Оглянулась, чтобы посмотреть, что произошло, но никак не ожидала, что он рванёт меня на себя и поцелует, обхватывая затылок, запутываясь пальцами в распущенные волосы.
Оказалось, у него удивительно мягкие губы. Настолько, что, ошеломленная их прикосновением, я даже и не подумала сопротивляться этому поцелую, напротив, с удовольствием ему отвечая, захлебываясь в собственных ощущениях.