— Ты же понимаешь, что сейчас у нас единственный шанс — быстро взять Тарлос? — Но если я правильно понимаю, то гарнизон его нам ослабить не удалось. Более того, туда стянули все возможные силы.
— Их всё еще сильно меньше нас.
— Они за крепкими каменными стенами города.
— У нас есть имперские инженеры.
— У нас нет своих инженеров. И нет понимания, что война давно уже не ведется в чистом поле. Вальд, ты спрашивал, почему я поддержал Лата? Так отвечу. Именно потому, что понимал — войны меняются. На первый план выходят не храбрые воины, а дисциплинированные солдаты и инженеры с их машинами. И мы либо изменимся, либо исчезнем. Я не хочу, чтобы гарлы исчезли.
Вальд молча глядел на Осмона, который, словно не замечая этого, оглядывался по сторонам.
— У тебя есть что сказать, кроме очевидных вещей?
— На твоем месте я бы думал, что делать, если нас постигнет неудача… Я поддержу вас.
Вальд снова посмотрел на Осмона.
— Рано говорить еще о нашем поражении.
— Нас заставили сделать то, что хотел враг. Это уже наш проигрыш. Нас заставили плясать под чужую дудку, и ты должен это понимать. А я ведь говорил на племенном сборе вождей, что не надо сразу ставить столь амбициозную цель. Нам сначала надо научиться действовать в единстве. Но нет, на севере нет столько добычи, нет достойных целей. Хотя ясно, что вопрос добычи был самым важным. Эх, молод ты еще, Вальд, хотя и талантлив. Опыта бы тебе побольше.
— Что ж тогда не настаивал?
— А смысл? Кто б меня там послушал? У всех перед глазами стояла возможность уничтожить герцогство, которое постоянно нам мешало. И добыть огромную добычу, которой все предки завидовать будут.
— Не рано ли ты сдаешься, Осмон?
— А кто сказал, что я сдаюсь? Зачем, по-твоему, я собираюсь отправиться с парламентёром? Я хочу лично посмотреть, чем дышит город и как он живёт за стенами. Всё-таки впервые к его стенам приходит такая армия. Высота и толщина любых укреплений не играет никакой роли, если нет тех, кто готов их защищать. Это я и хочу узнать.
Вальд и хотел бы возразить, но Осмон слишком умён, чтобы с ним можно было играть в какие-то игры. И понимал он многое. Даже планы Вальда легко прочитал. Как понял и то, что они не удались и всё свелось к лобовому столкновению. Отвага против стен. Всё, как любит Лат, но чего старательно пытается избежать Вальд, стараясь обеспечить победу еще до того, как выдвинутся первые отряды. С племенами гарлов это работало, а тут провал. Похоже, Осмон оказался во всём прав, не стоило так лезть, не изучив внимательно противника. Точнее он-то как раз думал, что изучил, но оказалось, что маленькая песчинка в колесе и телега покатилась совсем не туда, куда нужно.
Себе Вальд вынужден был признать, что с ним сыграло злую шутку головокружение от успехов. Он сам поверил в собственный талант и удачу и забыл про осторожность. И теперь приходилось все планы пересматривать заново. И на север идти уже поздно. Одно успокаивает — если удастся захватить Тарлос, то все прошлые их неудачи станут уже неважны.
Наконец дорога сделала поворот, и вдали показались стены Тарлоса. Вальд огляделся, заметил холм и направил коня туда. В этот момент он не знал, да даже если бы и знал, вряд ли это вызвало бы у него хоть какую-то эмоцию, но сейчас он остановил своего коня почти на том самом месте, на котором при подъезде к городу останавливалась и Элайна. Даже на город он смотрел почти с той же точки.
Рядом остановился Лат. Огляделся.
— Красиво. Но будет тяжело. Скоро там наши инженеры пойдут?
— Я решил не рисковать ими, потому отправил их в центр войска. Сейчас они всё равно тут не нужны. Только их главный здесь, скоро он осмотрит окрестности и будет размечать наши позиции.
Лат поморщился, как делал всякий раз, когда речь заходила о каком-то, как он считал, умничаньи. Меч, конь и вперёд. Но он был достаточно умён, чтобы понимать важность инженеров, а также то, что не всегда хорошо бездумно нестись вперёд. Понимать-то он понимал, но это не значит, что всё это ему нравилось.
— Хорошо. Пусть ставят мой шатёр, а когда этот имперец закончит осмотр, пусть идёт ко мне и расскажет, что он там придумал. И вот ещё что… Вальд, захвати Осмона… Должен признать, — тут Лат уже совсем скривился, — его советы бывают полезны. Хитёр, старый лис, и, должен признать, во многом был прав.
Оказывается, Лат не забыл те споры на сходе племён. И он умел признавать ошибки. Вот и сейчас, сидя в седле, он мрачно глядел на городские стены и людей на них. Повернулся в седле и осмотрел подходящее войско.
— Надо бы людей начинать размещать…