— Возможен ли бунт внутри войска гарлов? — поинтересовался Коштен.
— Исключено, — мотнул головой Картен. — В походе все подчиняются вождю. Беспрекословно.
— Но…
— Если вы про этот разлад двух подходов, то он произошёл только потому, что Лат позволил ему произойти. Возможно, он хотел показать, что старый подход не срабатывает. На этом их совете вождей все имеют права сказать своё мнение, но если Лат прикажет — все подчинятся.
— То есть Лат не пытался задавить своих противников властью вождя? — поинтересовался граф Ряжский. — Дал им возможность высказаться и даже вроде как пошёл им навстречу?
— Получается, так, — развёл руками Картен.
— Умный, — протянул граф. — Опасный враг. Знает, где можно давить, а где лучше ослабить поводок.
Больше ничего особо важного выяснить у пленных не удалось, и Картен закончил доклад. Элайна глянула на Армона Торгена.
— А теперь хотелось бы услышать про ситуации с госпиталями.
Торген явно занервничал и глядел на Элайну с откровенным страхом. Видимо, преобразование Элайны из милой девочки в разъярённого правителя герцогства произвело на него неизгладимое впечатление.
— Я… это… Того… — Элайна прищурилась, гневно сверкнула глазами, что никак не способствовало восстановлению душевного состояния врача.
Капитан поспешно вмешался:
— Сейчас люди графа проводят проверки во всех госпиталях. Выявлены незначительные нарушения, виновные оштрафованы. Настолько больших злоупотреблений больше не выявлено.
— Это всё хорошо, — глянула на капитана Элайна, — но почему об этом мне говорите вы, а не тот, кто ответственен за это направление? Или у вас мало дел, что вы можете тратить своё время на чужие? Так я добавлю.
Капитан даже на миг растерялся, впервые Элайна разговаривала с ним так твёрдо, не изображая председателя комитета, как обычно, а являясь им по факту. На миг ему даже показалось, что сейчас с ним говорил сам герцог.
— Вы сами, ваша светлость, дали мне поручение проследить за Армоном Торгеном и объяснить ему работу…
— Но ведь не делать её за него, — оборвала капитана Элайна. — Медицинское направление — одно из важнейших при обороне. От того, как быстро и сколько именно мы сумеем вернуть в строй раненых, зависит многое. Потому я собираюсь и дальше уделять ему самое пристальное внимание. И мы не можем позволить тут играть в няньки, дожидаясь, когда ребятёнок начнёт ходить самостоятельно. Господин Торген, в следующий раз я ожидаю доклада именно от вас.
Ещё раз ожгла врача гневным взглядом и откинулась в своём кресле, скрестив руки.
Похоже, этот её взрыв эмоций произвёл впечатление на всех присутствующих. И если Торген просто сжался в своём кресле, то остальные смотрели на девочку с явным удивлением. Только граф Ряжский с гордостью. Словно говоря — растёт девочка, моя школа.
Капитан же наоборот, наградил графа свирепым взглядом, видимо понимал, кто мог повлиять на Элайну. А он чего? Он ничего. Просто дал пару уроков управления, видя, как девочку постоянно мотает из одной крайности в другую, когда ей хочется чем-то заняться, но сама понимает, что ни в чём не разбирается, а потому не лезет.
Элайна же теперь обратила внимание на Валиора Строжа.
— А вы, господин Строж, что можете сказать?
Тот, всё это время озадаченно наблюдавший за происходящим, вздрогнул и глянул на Элайну.
— Я пока ещё только начал формировать свою команду, после моей отставки оказалось, что были уволены и некоторые мои коллеги. Я занимался их розыском. Что касается шпионажа, то мне удалось установить двоих, которые точно являются шпионами… — Строж на мгновение заколебался, но закончил: — Один из них постоянно навещал того врача, который вызвал ваше… гм… неудовольствие. Мне бы хотелось участвовать в проверке госпиталя…
Элайна резко выпрямилась. Зло глянула на Торгена. Перевела взгляд на графа.
— Господин Эрмонд… личная просьба, передайте ваших проверяющих, которые занимаются тем госпиталем, во временное подчинение Строжа. Господин Строж, это дело важное, раскопайте всё, что можно. Врача… охранять до выяснения всей ситуации.
— Могу я с ним… гм… побеседовать? — Строж явно не знал, как сказать маленькой девочке про возможные пытки врача.
Элайна дурой не была и поняла, что за беседу хочет провести Строж. Помолчала.
— Если у вас будут доказательства его участия в шпионской деятельности, тогда побеседуете. Полагаю, их можно получить без особых проблем, судя по всему, тот врач не ожидал столь скорого разоблачения. Обыщите там всё.