— Ну это само собой, — раздался чей-то веселый голос.
Элайна глянула в ту сторону и кивнула.
— Ну да. Человек прежде всего думает о себе… О семье, о тех, кого любит. Абстрактное население или жители… Очень общее. Я вспоминала отца… Думала, что если город падёт, ему будет трудно, гарлы пойдут к Лоргсу, а там моя сестра и два брата… — Девочка развела руками. — Ну вот такая я эгоистка, наверное. А потом люди тоже побежали за мной, видимо, вспомнили о своих родных в городе, которые пострадают, если гарлы возьмут Тарлос…
Мгновение площадь молчала, а потом взорвалась смехом.
— Ну да, именно об этом они в тот момент и думали, — донесся до ворот чей-то голос, усиленный аурой, хотя явно непроизвольно.
— Да им просто стыдно было смотреть, как вы идёте в бой, а они бегут! — донесся еще чей-то голос.
— Эй-эй! — затрясла головой Элайна. — Давайте думать о людях хорошо. Если бы им было просто стыдно, то они не отбросили бы гарлов от стены, а потом не преследовали бы их и там. Мы ведь все тут так или иначе защищаем город. У многих тут родня живёт. Кто-то исполняет свой долг, кто-то понимает, что если дать гарлам пройти тут, то они пойдут дальше, а значит, пострадают другие люди… Их знакомые, возможно, родные, которые живут не в Тарлосе.
— А что сейчас? — вдруг раздался вопрос. — Что делать дальше?
— Дальше? — растерялась Элайна. — Да всё то же самое, что и раньше делали. Думаю, не открою страшную тайну, если скажу, что мой отец уже в герцогстве вместе с королевской армией и уже соединился с армией моего брата Турия. Нам просто нужно продержаться еще немного. — Элайна развела руки в стороны, как бы спрашивая: «А что тут особенного?»
— Я прошу прощения у всех собравшихся, — вышел вперёд капитан Дайрс. Элайна даже с удивлением глянула на него. Капитан, граф просит прощения у простых жителей? Видимо, она повлияла на него больше, чем думала. — Но леди пора возвращаться к себе. Мы не просто так не выпускали её раньше. Леди нужно было окрепнуть после ранения. Но и сейчас ей еще рано сразу такие нагрузки.
Люди прониклись. Хоть кое-кто там и ворчал, но особо не протестовали, когда Элайну увели в цитадель. Там она чуть ли не свалилась с коня. Её отчётливо потряхивало. Переволновалась.
— Я даже не думала, что столько людей переживало о моём здоровье… Это было очень неожиданно…
Капитан решил, что лучшим ответом будет молчание. Сама же девочка некоторое время шагала молча, ведя коня под уздцы.
— Надо бы навестить маркизу Охластину… Она мне писала. Тоже говорит, все волнуются. Тоже бы поблагодарить.
— Думаю, можно, — подумав, согласился капитан. — Там будет меньше людей, чем на площади. И в помещении.
Элайна сердито покосилась на него, вздохнула.
— Меня не готовили произносить речи перед такой толпой… Это был для меня новый опыт… Ещё и разревелась как дура.
— Леди, вы разревелись не как дура, не стоит на себя наговаривать. Вы плакали как маленький ребенок, на которого свалилась очень большая ответственность. И люди это почувствовали.
Элайна явно озадачилась такой отповедью. Не сразу осмыслила, потом задумалась. Не нашла, что ответить.
— Я слушала про одного оратора в мире близнеца, — отозвалась Элайна, шагая рядом с капитаном, глядя куда-то вдаль. — Он умел красиво говорить пламенные речи, убеждая многих людей в своей правоте. Говорил красиво, умело подбирал аргументы… Но он в детстве заикался и картавил… Вы можете представить себе картавого заикающегося оратора, произносящего пламенные зажигательные речи?
— С трудом, — отозвался капитан, явно заинтересованный.
— Так вот, этот оратор, чтобы избавиться от речевых проблем, набирал в рот морские камешки и говорил с ними. Учился, чтобы отточить ясность ума… Полагаю, ему было труднее, чем мне…
— Вы хотите заняться ораторским искусством? — озадачился капитан.
— Как выяснилось, это не будет лишним… Подумаю ещё. О, мы пришли. Капитан, вы со мной?
— Нет уж, — сразу отказался Дайрс. — Передам вас на руки маркизе Охластиной, дальше она уже будет присматривать за вами. А у нас дел ещё много.
Элайна глянула на капитана, на графа. Кивнула.