— Держите меня в курсе, если что новое будет.
— Конечно, ваша светлость. Обязательно.
В комнате Элайну встретили восторженным писком дамы помоложе и благосклонными кивками от леди постарше. Девочка с паникой глянула в сторону маркизы, но, увидев её улыбку, поняла, что оттуда спасения не будет.
— Эм… В общем-то, я пришла просто сказать спасибо… Слышала, вы обо мне переживали. И сказать, что со мной всё хорошо. Вот… И это… Простите, если обидела кого… Я, честное слово, не со зла.
— Да где уж тут злу поместиться? — маркиза Охластина демонстративно оглядела невысокую девочку. — Леди, вам не за что извиняться. Все взрослые понимают, что ваши выкрутасы — живость характера и… уж простите за откровенность, недостаток ума, вызванного отсутствием опыта. И не обижайтесь, в вашем возрасте ни у кого нет ума. Обижаются же на вас такие же, еще не повзрослевшие люди.
— Вообще-то, я очень умная, — пробурчала Элайна. — Вот.
— Я не про тот ум, леди. Житейский, который не позволяет творить все те безобразия, которыми прославились вы. А не сердятся на вас как раз потому, что вы действительно всё это делаете не со зла. И никто еще от ваших проказ не пострадал… А кто пострадал, так им и надо. Так что не переживайте, никто на вас всерьез не обижается.
— Как много нового узнаётся, — пробурчала Элайна.
— Но вот по поводу ваших стишков… Тут уже немного другая ситуация. Леди?
— Эм… Я нечаянно?
— Решили дурочку строить?
— Вы сами сказали, что у меня нет ума, так что мне можно.
— А вы сказали, что умная. Кто же из нас прав?
Элайна растерялась. И как тут отвечать? Впервые её поймали в собственную ловушку.
— Ладно, — вздохнула она. — Каюсь, виновна. Но! У меня есть что сказать! В общем, думаю, лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», — чтобы ни у кого не было сомнения, кого она имеет в виду под «хорошим человеком», она встала и раскланялась во все стороны, — чем тихой воспитанной тварью. — Девочка села и демонстративно насупилась. Мол, обиделась.
Маркиза Охластина рассмеялась вместе с остальными девушками.
— Теперь я понимаю, почему все говорят, что на вас невозможно обижаться. Но вы, однако, меня не выслушали. Собственно, по поводу ваших этих элайнчиков, — тут Элайна поморщилась, но промолчала. — Вам хочет высказать баронесса Ульена Тангорс.
— Баронесса? — Элайна так удивилась, что даже забыла, что обиделась и завертела головой, разыскивая последнюю. — А что с ней не так? И при чём тут мои стишки?
— Думаю, она лучше скажет.
Как раз тут Элайна тоже заметила баронессу, которая зашла в комнату и сейчас стремительно направлялась к ним. Видно было, что она торопилась откуда-то издалека. Торопилась, услышав, что придёт маркиза Райгонская? Даже интересно, откуда. Элайна терпеливо дожидалась, когда та приблизится. Но разговор сразу пошёл как-то не так. Стоило баронессе приблизиться, так она сразу накинулась с претензией:
— Леди! Ну так просто невозможно дальше! Нужно что-то делать! Это всё вы виноваты, и вам надо взять на себя ответственность!
— Хорошо, — согласилась Элайна. — Когда под венец? У меня свободно завтра.
— А… — Баронесса от растерянности застыла, раскрыв рот под общий смех. — Что?
— Ну, вы сказали, что я должна взять ответственность, и что я в чём-то там виновата. В книгах моей сестры после этого обычно следует предложение руки и сердца, — невинно пояснила Элайна в общем смехе, единственная оставшаяся предельно серьезной. — Вот я и говорю, что готова взять ответственность… А кого там аист принесёт? Мальчика или девочку?
Вопрос доконал всех. Во всей комнате было только два не смеющихся человека: Элайна и красная, как вареный рак, баронесса.
— Я не в этом смысле! — наконец выдохнула та. — Я про Асмирилия!
— Я должна выйти за него? Не получится, мы не сойдемся характером.
— Р-р-р! — Баронесса, похоже, наконец сообразила, что над ней смеются. — Леди!!! Вы… Вы… Ах, кому я говорю? Вы невыносимы!
— А ещё милая и умная… Ладно, извините, баронесса, но вы были так серьезны, что не смогла удержаться. Так что там случилось?
Баронесса, видимо, могла ещё что-то сказать по поводу произошедшего, но, подумав, взяла себя в руки и кивнула.
— Вас не исправить… Асмирилий случился, леди!
— Э-э… Согласна, это беда.
— Леди! Ах, ладно. Всё дело в ваших элайнчиках! Он настолько восхитился лаконичностью этих язвительных стишков, что теперь принялся сочинять их сам!
— Эм… Всё еще не понимаю…
— Он перестал писать стихи! Он теперь пишет только эти элайнчики! И даже берёт заказы на них! И поёт их! И выступает с ними! А он же поэт! Гениальный поэт! Леди, с этим надо что-то делать! Мы не можем допустить, чтобы мир потерял такого поэта!