— А это и есть причина, — Осмон грустно улыбнулся. — Порой ошибки осознаешь слишком поздно… Эх, если бы юность умела, если бы старость могла… Когда я был примерно в вашем возрасте, у меня был ветер в голове. Вождь сильного племени, набеги, слава, победы… С возрастом я стал понимать, что нас, гарлов, постепенно оттесняют. Мы воинственны, умеем сражаться… Но проигрываем. А я не хочу, чтобы однажды гарлы остались только в балладах и летописях. Нам нужно единство! К сожалению, я понял это слишком поздно. Я понимал, что уже изрядно набедокурил в юности. За мной не пойдут. Я не смогу выступить знаменем, хотя, со своим опытом, прикидывал возможный план… Вполне реальный, полагаю… Если исключить меня самого из него. А потом появились вы и принялись делать то, о чем я мечтал. Сначала я принял вас за очередных пустозвонов и выскочек. Но на удивление у вас получилось. Ты, Лат, обладаешь тем, чего никогда не было у меня — умением завоевать сердца людей. Вдохновить их. И первоначально я был в ярости. Почему кто-то, а не я? И я начал сражаться… А потом задумался. Ну, одолею я вас, а дальше? Гарлы останутся разобщёнными, всё вернётся к старому… И строчка в летописях: «Жил когда-то такой народ»… И вот тогда я задумался…
— То есть ты решил помочь нам объединить гарлов? — недоверчиво спросил Вальд. — Если ты сам хотел стать на место Лата, то…
— Вальд, я уже старик. Даже если я сейчас возьмусь, я просто не успею. А объединить мало — объединение нужно будет еще удержать. Допустим, у меня получится, то после моей смерти всё рассыпется. Да и, как я уже говорил, в юности я накуролесил. Не пойдут за мной. А вот у вас может получиться. А я вам помогу… и научу. Надеюсь, вы понимаете, что для преодоления вашего пути одного умения сражаться недостаточно?
Вальд и Лат переглянулись. Похоже, обоих эта исповедь старика ошарашила.
— То есть ты предлагаешь стать моим наставником? — поинтересовался Лат очень спокойно.
— В политике, да. Ты тут слаб и не будешь с этим спорить. Сам знаешь. Зажечь воинов ты умеешь, а вот выстроить долгосрочные отношения с вождями и знатью… Будешь спорить?
Лат что-то буркнул себе под нос и отвернулся.
— Ну и последний поход… Мы были не готовы, и с этим вы тоже не будете спорить.
Теперь Вальд отвернулся. Именно он настаивал на походе, разрабатывал план, всё организовывал. И был уверен, что армия гарлов сметёт всех врагов в самые короткие сроки.
— Что ты предлагаешь? — буркнул Лат. — Если мы проиграем, то об объединении гарлов можно будет забыть.
— Нет, если всё правильно сделать. Оно, конечно, замедлится, но зато будет надежней.
Лат снова переглянулся с Вальдом. Потом снова посмотрел на Осмона.
— Продолжай, — заинтересовался он.
— Прежде всего, нужно сохранить костяк твоих сил. А значит, нужно отступить. Это единственный шанс. Пока мы сильны, нам не решатся мешать. Мы уйдем спокойно, объявив… Ну, объявив, что звёзды неудачно сложились, а с волей богов не спорят. Конечно, многие вожди возмутятся, после возвращения произойдёт раскол, но кто-то останется. Ну, и я там побеседую. Вот они и станут твоей опорой… Надежной. А сохранив костяк своей армии — кто там сможет тебе сопротивляться? Главное, не пороть горячку и не кидаться на всех разом, а то мигом получишь коалицию против себя. Вот тут мои советы тебе и пригодятся. Кто лучше меня знает все эти интриги племён и вождей?
Лат всерьез задумался.
— Значит, отступать?
— Да. Но не сразу. Чтобы не связали с неудачным штурмом. Свяжут, конечно, но всё же. Думаю, еще на недели две можно задержаться. Раненых подлечить, собрать то, что нужно будет забрать с собой, подсчитать припасы. Отступление требует не меньшей подготовки, чем наступление. Вот за это время и подготовим всё. Ну, и среди вождей нужно будет кое-какую подготовку провести. Если сейчас вот так прямо объявить отступление, может и бунт начаться.
Лат еще какое-то время думал. Потом встал.
— Я хорошо подумаю над твоими словами, Осмон. Обещаю. Но прямо сейчас я не готов дать ответ.
— Подумай, Лат. Хорошо подумай. И подумай, что для тебя важнее: конечная цель — единение гарлов или сиюминутная слава победителя ценой больших потерь с призрачными шансами удержать полученное таким образом единство племён. Или полагаешь, вожди не захотят проверить прочность твоей власти даже после победы? И как думаешь, кого в этом противостоянии поддержат шаманы? Так что думай, вождь. — Осмон поднялся и вышел.
— Этот сволочь прав, — буркнул Лат. — Если бы наша победа была неоспоримой и быстрой, мы смогли бы задавить всех. Но вместо этого почти четыре месяца ковыряемся с этим городом.