— Прав, — мрачно согласился Вальд. — Мы проиграли в тот момент, когда не удалось выманить пограничную армию в поле.
Лат промолчал, вспомнив свои слова про то, что это даже хорошо. Открытый бой вместо хитростей. Оказалось, слишком много он не учитывал.
— Укрепления мы брать не можем, — после долгого размышления подвел он итог. — А без помощи империи мы и теперешних успехов не достигли бы. Вальд, можно выманить герцога на открытый бой?
— Попробовать можно… Но я спрашивал Осмона про его кампанию. Герцог нашего старика переупрямил. Никаких отвлечений от основной цели. Ему не нужно с нами биться. Ему нужно, чтобы мы стояли в раскорячку, не зная, на какого врага бросаться. А мы между ними сидим тут. Лат, если прикажешь, я подумаю, как можно захватить те укрепления, что сейчас строят лакийцы, там не каменные стены, но сразу говорю — потери будут страшные.
— И всё равно есть шанс, что проиграем, — кивнул Лат. — А когда они объединятся с пограничными баронами… Буду думать, Вальд. Иди.
Вальд знал друга лучше всех, потому сразу сообразил, что сейчас нужно подчиниться. Тут уже не друг, а верховный вождь гарлов. Молча поднялся, поклонился и вышел. А Лат так и остался сидеть за столом, подперев подбородок рукой. Ему было о чём подумать.
Отдыхала Элайна недолго, уже через два часа, когда начало темнеть, поднялась и отправилась в госпиталь. С удивлением заметила там некоторых леди из цитадели. Молча раскланялись и приступили к своим делам. Попытку побывать в местах боёв она даже не предпринимала, понимая, что сейчас её туда не отпустят даже под охраной всех гвардейцев герцогства. Темнеет, и разрозненных отрядов гарлов, оставшихся в окружении, полно шастает по улицам. А в госпитале уж не до разговора, дел тут полно. Правда, на этот раз никто выкладываться по полной ей не дал. Уже через три часа врач настойчиво велел маркизе отправляться отдыхать…
— А то капитан мне голову свернёт, если вы в обморок упадёте от переутомления, — честно признался он.
— Ваша голова нам ещё пригодится, — заметила Элайна, сама чувствуя усталость. — Хорошо. У вас есть тут комната? Не хочется никуда ехать.
— Конечно. Приготовили специально для вас, леди. Никто бы вас на ночь не отпустил, пусть ворота цитадели и недалеко.
А вот утром Элайна уже настояла на посещении места прорыва гарлов. Капитан хоть и был против, но вслух ничего не сказал, хотя сопровождение усилил.
На стене уже начался разбор тел. Подошедшие горожане неторопливо разделяли тела своих и врагов. Элайну заметили. Раскланивались. Девочка кивала, шла дальше, всматриваясь в лица погибших. Прошла по той улице, по которой проходило отступление. Именно её ей показывал капитан в своё время. Говорил, что после прорыва ополчение отойдет здесь. Тел тут было особенно много. Гарлы явно напирали тут с особенным напором, пытаясь уничтожить защитников. И хоть узость улицы давала преимущество обороняющимся, но гарлы были более умелы и их было много.
Тут Элайна вздрогнула и быстро обошла несколько тел, мельком отметив, что трупы уже не вызывают у неё никаких эмоций. Разрубленные тела, мозги на стенах и камнях улицы… всего лишь элемент пейзажа. Присела и, напрягшись, сдвинула тело гарла в сторону. Под ним обнаружилось ещё одно лакийца, причём вооружение у него было явно лучше, чем у ополченцев. Элайна выпрямилась. Гвардеец подошел ближе, присмотрелся.
— Вы его знаете, леди?
— Барон Харт Тангс, — глухо отозвалась Элайна. — Друг Картена. Вызвался командовать здесь ополчением, чтобы обеспечить отход в нужный момент. Он знал об операции. Судя по всему, он и прикрывал отступление.
Гвардеец молча склонил голову и снял шлем. Элайна последовала его примеру, тряхнув головой и распрямляя волосы. Убирать их не стала. Оглянулась.
— Попросите кого позаботиться о теле.
Гвардеец кивнул, а Элайна пошла дальше. Приходилось кивать и улыбаться выжившим, благодарить их за отвагу. А в душе был мрак. Приходилось делать усилие, чтобы посмотреть в лица людей, которых сознательно подставили под удар гарлов и обрекли на смерть. А те радовались, что сама маркиза пришла посмотреть на них. Лично благодарила, жала руки, помогала с ранеными, которых находили… По возвращению девочка явно с трудом удерживала себя в руках, чтобы не впасть в истерику. Капитан, заметив состояние маркизы, заставил её выпить настойку успокоительного, а потом передал с рук на руки маркизе Охластиной, которая тоже не церемонилась. Прогнав всех слуг, лично раздела Элайну и сунула её под одеяло, сама села рядом, держа за руку.