Лат, сначала расстроенный, что идея себя не оправдала, быстро нашел утешение, мол, согласился на неё исключительно для того, чтобы людей занять. Меньше будут думать о глупостях. Но и тут… Пошли шепотки, что это дочь герцога удачу отводит и своим колдовством помогает отыскать ходы… И всем идиотам рты не заткнешь.
К счастью, пришли новости от Осмона, которому удалось занять крепости, и теперь он что-то там планировал. Скорее всего, уже сделал, но новости оттуда доходили только чудом, ибо гонцу пришлось бы добираться до Тарлоса по территории герцогства. А после похода Осмона те озверели и патрули, мало того, что усилили, так еще и количество отрядов возросло. Они отсекли всякую возможность общения между отрядами. Это бесило Лата больше всего, хотя он и понимал, что это было вполне очевидным и предсказуемым действием. Сам бы так сделал. Раздражался просто от бессилия что-либо изменить. Можно, конечно, направить отряды, очистить дорогу, но это будет всё равно ненадолго. Просто потому, что лакийцы могли в такие вот разъезды направить больше солдат. Да и на своей земле действовали. Сам же Лат много людей с Тарлоса снять не мог после ухода Осмона. Ему же еще от пограничных баронов отбиваться, которые, словно шершни, постоянно кружились в тылу и жалили при каждом удобном случае. Уже несколько обозов так потеряли. Были разгромлены небольшие отряды разведчиков. Конечно, и гарлам иногда сопутствовал успех, но пограничники, воюя на известной им местности, имели больше шансов скрыться в болотах и лесах после поражения, чем гарлы их там отыскать. Да и из Лоргса, как удалось выяснить, отправили к ним подкрепление. Ещё и с голубями из Тарлоса. Это оказалось самым неприятным, ибо теперь в осажденном городе имели возможность получать разведданные быстро и, главное, точные. Как прервать этот обмен донесениями, Лат тоже не знал. Имперцы что-то там говорили про ручных ястребов, только где их взять? А отстреливать голубей… Так, их тут постоянно стая летает. В кого стрелять?
Признав поражение в подземной войне, Лат сосредоточился на привычных действиях, и вот тут как раз всё было хорошо. Постепенно рос насыпной холм, скоро на него уже можно будет доставить осадные машины и начать обстрел города. Строятся три башни, укрепления уже подошли на нужное расстояние. Город брался всё в более плотную осаду. Вылазки уже практически не приносили осажденным успеха. Осталось ждать, когда имперские требушеты обрушат хотя бы одну башню или стену.
Впрочем, имперцы были более пессимистичны.
— Суть не только в том, чтобы пробить стену, — словно неучу пояснял главный имперский инженер в их армии. Лату хотелось его придушить из-за одного только этого снисходительного тона, он крепился и держался, понимая, что город получится взять только с помощью этих инженеров. Приходилось делать вид, что не понимает издёвки. — Главное — сделать это быстро, чтобы защитники не успели за разрушаемой стеной построить новую. Лакийцы уже оценили и осознали, где будет атака, потому готов заложить всё своё жалованье, что там, за теми стенами, уже вовсю идёт работа по укреплению стен и созданию новых укреплений.
Это Лат и сам понимал, только поделать ничего не мог. Привести все камни более или менее к одному весу так и не получилось. Вот и летели те, кто куда. Работу делали, но медленно. Очень медленно. Приходилось увеличивать число лучников, чтобы очистить стены от солдат. Но, несмотря на все возведенные укрепления, лучники несли потери. А сколько гибло на стенах, никто сказать не мог — трудно оценить. Неудивительно, что эти вот обстрелы мало кому нравились. Никто не мог сказать, приносят ли они пользу, но свои мертвецы вот они лежат. От тяжелых стреломётов частокол не всегда спасал, не то что щит. Щит вообще насквозь пробивался вместе с человеком.
Было и несколько попыток штурма в лоб, с лестницами, благо сейчас уже не так далеко до стен от их укрытий, а рвы уже давно все засыпаны. Но нет, такие атаки ни к чему не приводили. Главное — башни. Башни держались, а в них так просто не проникнуть. Хотя бы одну разрушить или захватить… Впрочем, штурмы тоже хорошо отвлекали внимание гарлов и держали защитников в напряжении. Лат даже начал организовывать что-то типа карусели, когда одни отряды изображали штурм, даже вроде как на стены лезли, а другие отдыхали. А потом они менялись ролями. Благо их было больше защитников. Впрочем, пока незаметно, чтобы это давало какой эффект. Защитников ведь тоже меньше нужно для обороны, значит, и они могли меняться.