Юрмия Гарстин попыталась было достучаться до Турия, но тоже безуспешно. Обозлённая таким поведением жениха, она срывалась на всех вокруг, пока не налетела на Ролана.
— От того, что ты наорёшь на слуг, легче не будет ни тебе, ни Турию, — довольно грубо оборвал он её очередную выходку. Потом увёл в отдельную комнату и, не стесняясь, высказал всё, что о ней думает. — Ты совсем не помогаешь, — подвёл он итог. — Меня тоже Турий бесит, но я занялся делом.
— А мне что делать? — выкрикнула Юрмия.
— Ларии помоги! Ей, думаешь, легче?
Как бы Юрмия с Роланом не «любили» друг друга, но тут девушка неожиданно прислушалась к совету и отправилась к Ларии, где предложила свою помощь. Лария сначала недоверчиво посмотрела на девушку.
— Уверена?
— Мне надо себя чем-то занять, — всплеснула руками Юрмия. — Иначе я точно кого-нибудь побью.
Признаться, Юрмии было ещё и завидно, видя, что Лария, даже будучи девушкой, принимает активное участие в делах герцогства, взяв на себя довольно ответственное дело по снабжению войска. При этом никто не то, что не возражал, а были очень даже за. Тот же Турий. Если бы сама Юрмия дома попробовала сделать что-то такое, её и отец, и брат мигом спровадили бы девушку к себе в комнату… вышивать. «Ибо женщины ни на что иное не годятся!» Возможно, ещё и поэтому срывалась. А тут предложение от Ролана помочь… Без всяких двойных смыслов и издёвок. То есть он реально полагает, что она тоже может справиться. Естественно, Юрмия ухватилась за предложение. И почему раньше о таком не подумала?
Наконец, спустя двое суток удалось более или менее разобраться с хаосом. Установили на дорогах дежурные пункты, усилили отряды разведчиков, устроили раненых, похоронили погибших, выживших отправили пока отдыхать. Подсчитали остатки войск. Ещё оставалась надежда, что ещё какие отряды сумеют выбраться. Судя по всему, гарлы погони не организовывали, а значит, шансы такие есть. Вот тут Ролан и предложил собрать совещание в узком кругу… Турий из комнаты так и не вышел…
Присутствовали Лария, Ларс, Ролан, Юрмия. Этакий семейный совет. Посторонних решили не звать. Ролан коротко подвёл итоги сражения.
— Вот и получается, что спаслось нас меньше половины того, что вышло… Плохо, что мы вели лучшую часть войска. По итогу… войска у нас больше нет. Подготовку нужно начинать заново. — Ролан помолчал. — И если Турий не возьмёт себя в руки… Я тогда сам к нему войду и вытащу за шкирку. Извини, Лария, но твой брат меня реально бесит. Сейчас не самое подходящее время жалеть себя.
Лария поморщилась.
— Турий никогда не умел проигрывать, — буркнула она. — Только Мелочи удавалось его выбесить достаточно, чтобы он забывал о неудачах и начинал заниматься делами.
— Жалко, что этой Мелочи тут нет, — буркнул Ролан. — Кстати, мы в Тарлос сообщили? Они ведь думают, что у нас тут армия почти готова, и надеются на нас.
— Тарлос, — ухватилась за голову Лария. — Забыла. Блин, Элайна! Отец будет в панике… Знаешь, теперь и мне захотелось запереться в комнате и не вылазить оттуда.
— А ты напиши Элайне, — вдруг предложил Ларс. — Уверен, она и в письме сумеет Турия достаточно пронять. Она умеет.
— Элайне я, безусловно, напишу, — вздохнула Лария, — это по-любому надо сделать. И, естественно, я ничего от неё скрывать не собираюсь.
Однако Турий утром появился на завтраке. Бледный, осунувшийся, но вышел. Лария, словно боясь спугнуть его, ничего пока говорить не стала, только слугам кивнула, чтобы те поставили тарелку перед братом. Взглядом остановила готового высказать всё, что думает, Ролана. Турий ел без аппетита, уставившись в тарелку и боясь поднять глаза.
Но после обеда Ролан, не слушая возражений Турия, ухватил того за руку и буквально утащил куда-то по коридору. Лария было дёрнулась следом, но тут же опустилась обратно на стул. Вздохнула. Так, наверное, будет лучше. Она не сумеет сказать то, что нужно. Покосилась на Юрмию, тоже застывшую на месте. Напряжение в замке нарастало.
Неизвестно, что сказал Ролан Турию, но вскоре тот появился немного более живым. Таким же вялым, но уже, по крайней мере, во взгляде появилась жизнь.
— Он теперь боится что-либо решать, — прошипел Ролан Ларии. — Это на него любая неудача так действует?