— Дело не в неудаче, — вздохнула Лария, — а в гибели многих людей, которых брат знал лично. Хайрида Рамса, в частности. Его это действительно гнетёт, и, полагаю, он винит в их смерти себя.
— Пусть винит тех, кто ему в уши надул про легкую победу над неготовыми к отражению атаки с нашей стороны гарлами. И моя вина тут тоже есть… Тоже поддался.
— Но решение принял он, — вздохнула Лария. — Хайрид… Он ведь пытался объяснить, что надо действовать осторожней и не лезть вот так дуром…
— Беда Хайрида в том, что он никогда не настаивал на своих решениях, если их не принимали… — Ролан совсем помрачнел. — Наша проблема в том, что в нужный момент у нас не нашлось опытного полководца, который мог бы, в случае необходимости, дать по башке и мне, и Турию.
— Вот и объяснение, почему Турий теперь боится что-то делать.
— И что теперь? Ложиться и помирать? Мне тоже страшно. Теперь без Хайрида, всё ведь на нас.
— Элайна, — коротко заметила Лария, словно это всё объясняло.
— Что Элайна? — не понял Ролан.
— Поражение отодвинуло снятие осады с Тарлоса, а значит, вовсе не факт, что мы успеем теперь туда. Если Элайна там погибнет… Я боюсь представить, что тогда будет с Турием. Он никогда себе этого не простит.
— Тем более ему сейчас нужно целиком сосредоточиться на решении проблем!
— Госпожа! — После стука в комнату вошел один из дежурных офицеров. — Прилетел голубь из Тарлоса… Там послание, подписанное как личное для Турия… Почерк похож на почерк юной госпожи.
Лария молча протянула руку, в которую офицер и вложил записку. Девушка перечитала мелкую надпись на свернутой в рулон записке.
— «Для Турия лично», — прочитала она. Чуть улыбнулась. — Да, почерк мелочи. — Кивнула офицеру. — Спасибо, я сама её доставлю адресату.
Тот быстро поклонился и вышел. Лария тоже поднялась.
— Пойду отнесу Турию.
Ролан покосился на записку.
— Даже не прочитаешь?
— Не мне адресовано, — буркнула она. — Не имею привычки читать чужие письма. Тем более от Элайны.
— Почему тем более? — не понял Ролан.
— Мне мой разум дорог. Если Турий не будет против, сам покажет. А так… Иногда лучше не знать, что там эта малявка понапишет.
— Знаешь, я так и не понял ваших отношений в семье. Ты за или против этой, как ты говоришь, мелочи?
— Однажды я её точно придушу ночью, — без тени сомнений отозвалась Лария. — Но только пусть попробует сделать такое, кто из посторонних. Я ему лично… Гм… Как там эта мелочь высказалась? Хорошо отец не услышал… А-а-а, точно, глаз на жопу натяну. Вот.
Ролан моргнул. Потом как начал ржать под озадаченным взглядом Ларии.
— Я просто на миг представил это, — отсмеявшись, отозвался он. — Надо будет друзьям сказать, оценят.
— У мелочи много разного. Порой, как скажет, хоть стой, хоть падай. Тоже, кстати, её фраза. Ладно, пойду.
У комнаты Турия она на миг замешкалась, потом решительно постучала.
— Кто там? — глухо донеслось из-за двери.
— Я. Тут тебе письмо.
— Письмо? — явно озадачился Турий. — Входи.
Лария осторожно зашла в комнату, огляделась. М-да, тут, похоже, не убирались все три дня, что Турий терзался. Девушка осторожно прошла к столу, положила записку.
— От Элайны, — пояснила она. — Я написала в Тарлос.
Турий плотно сжал губы, глянул на записку, как на ядовитую гадину. Криво усмехнулся.
— Опять будет ехидничать по поводу моих талантов размахивать мечом, а не думать? Что ж, имеет право…
— Я не знаю, что там, — оборвала стенания Турия Лария. — Не читала. Но сильно сомневаюсь. Элайна, конечно, любила высмеивать тебя за твоё, как ты выражаешься, стремление размахивать мечом, а не книги читать…
— Я помню её завещание! — оборвал Турий, посмурнев. — Что ж, благодаря мне оно вполне может реализоваться…
Тут он решительно поднялся с кресла, в котором сидел с бокалом вина, подошёл к столу, решительно схватил записку и развернул её. Прочитал. Потом удивлённо моргнул и снова перечитал. И вдруг, откинув голову, рассмеялся. Но это был не горький смех, а смех облегчения, он словно сбросил с себя весь груз, который тащил все эти дни на себе.
Лария озадаченно смотрела на брата. Шагнула было к нему, но застыла, не решаясь как-то напомнить о себе. Но брат уже сам взял себя в руки.
— Эта мелочь… Она нечто, знаешь. Только она может вот так вот одновременно опустить кого-то ниже погреба, а потом возвысить до небес. На сама прочитай. — Он протянул Ларии записку.
Та играть в скромности не стала и сразу же выхватила её из рук брата. Прочитала…