'Если ты думаешь, что я тебя сейчас начну успокаивать, гладить по голове и говорить, что ничего страшного, то сразу забудь. Ты идиот и самоуверенный дурак! Да, именно так. Сам не умеешь, так слушай других, идиот! От вас зависят жизни всех людей в Тарлосе. Если моя жизнь для тебя ничего не стоит… Ну или ты решил так мое наследство получить раньше времени, не знаю уж, что там у тебя в голове. В общем, тут все на вас надеются, а вы там херней страдаете. Я так скажу…
А теперь другое… Молодец, рада, что выжил. Не знаю, что со мной было, если бы я получила известие о твоей гибели. Как чувствовала… Когда узнала о срочной новости, чуть инфаркт не случился… И это в моем возрасте! Знаешь, сколько у меня седых волос появилось? Тебе придётся взять на себя ответственность за это! Но знай, ещё седых волос я тебе не прощу! Даже призраком буду по ночам являться, если потребуется. В общем, братик, заканчивай там страдать фигнёй и принимайся исправлять то, что натворил, с учётом совершенных ошибок. Турий, нет таких людей, кто в жизни никогда не совершал ошибок, порой очень серьезных. Есть те, кто извлекал уроки из них и двигался дальше, их называли великими и победителями. А есть те, кто запирался дома, боясь высунуть нос, боясь новых ошибок. Таких всегда называли нюнями и неудачниками. Решай сам, кто ты. Позорно не потерпеть поражение — позорно, когда твою ошибку исправишь не ты, а кто-то другой. И вообще, Турий, читал бы больше книг, знал бы, ни разу не падал тот, кто никуда не ходил. Начинай, наконец, использовать голову по назначению, а не для того, чтобы шлем на ней носить. Говорят, что шаг вперёд, иногда следствие хорошего пинка под зад. Искренне надеюсь, что это поражение для тебя будет этим самым пинком. Страшно представить, что было бы, если бы ты победил. Твоя самоуверенность взлетела бы до небес. С тобой стало бы общаться невозможно, а из-за задранного к небесам носа я бы твои ноздри изучила лучше, чем глаза… Жуть, как представлю. С любовным приветом, твоя несносная сестра Элайна Великолепная и Райгонская.
p. s. Шансы продержаться у нас есть и неплохие, если вы там, конечно, очередную фигню не спорите. Так что делайте что нужно. Будем держаться'.
Лария перечитала сообщение еще раз, глянула на бумагу. Да уж, постарались подобрать самую тонкую и легкую. Такое письмо на обычной голубь бы не отнёс. Стоит, правда, такая бумага… Да и то, всё равно получилась записка достаточно большая. Просто удивительно, что голубь долетел. Просто чудо…
Тут девушка поймала себя на том, что старательно думает о чем угодно, кроме самого текста записки. А ведь Турий прав… Даже её проняло. И ведь точно подметила: шансы у них стали меньше, но если ничего не делать, то вообще никаких не останется.
С этого дня Турий изменился. Это даже Ролан подметил. Прежде всего он собрал всех тех, кто советовал отправляться в поход, и велел объяснить причину поражения. Настолько настойчиво, что отказаться никто не рискнул. В конце этого совещания Турий довольно непрозрачно так подвел всех к выводу, что основная причина — самоуверенность и недооценка гарлов.
— Я не буду в отношении вас делать каких-либо выводов или как-то критиковать, — закончил Турий весьма мрачно, — ибо сам из вашего же числа. И сам, вопреки мнению Хайрида Рамса, был не против этого похода за легкой победой. Но отныне за каждый совет я буду спрашивать жестко. Советуешь — исполняй и неси ответственность! Я ясно выразился? У нас больше нет прав на ошибки! Главная война идёт в Тарлосе, всё остальное всего лишь отвлечение нашего внимания… С чем вас всех и поздравляю, нас самым жестоким образом… — Редко когда всегда от спокойного Турия можно услышать самую настоящую площадную брань. Причем тут он не жалел даже себя, довольно честно признав собственное самодовольство. — Всех нас обманули. Потому отныне наша цель — Тарлос. Так что готов слушать ваши предложения, как облегчить их положение, пока мы тут займемся исправлением наших ошибок… Только нужно позвать и остальных…
После устроенного разноса, когда стали переходить к обсуждению, Турий пригласил в кабинет сестру с Роланом, Ларса и даже Юрмию, после того как Лария сказала, что та помогала ей в это время с подсчетами потерь и припасов.
— Итак, — сказал Турий, когда все расселись, — готов слушать предложения.
Сначала вся компания растерянно молчала. Может, если бы Турий обвинил только их, то так бы всё и закончилось, но Турий вполне честно с себя вины не складывал и даже признавал, что его тут основная часть, ибо именно он и принял решение. Потому вскоре посыпались робкие предложения. Сам того не зная, Турий организовал первый в этом мире мозговой штурм, когда высказывались даже самые идиотские предложения.