Именно потому Турий решил рискнуть. Поднял свою немногочисленную армию, которую удалось собрать за месяц после поражения, и двинул в сторону Тарлоса. Естественно, он понимал, что что-то сделать там не может, просто хотел проверить солдат и хотя бы обозначить угрозу. Может, это хоть сколько-то сил отвлечет от осады. В Лоргсе вместо него осталась Лария… и Юрмия. Как ни странно, но девушки вполне хорошо сдружились после всего произошедшего.
Увы, идея не сработала. Гарлы его движение явно заметили, но… никак не отреагировали. Разве что число разведчиков увеличили. Судя по всему, гарлы прекрасно знали наличные силы Турия, а потому и не опасались с этой стороны ничего. Еще наткнулись на деревянный форт на дороге. Попытались штурмовать, но быстро поняли, что заплаченная цена не стоит выгоды, и отступили.
Ну, зато проверили солдат в деле и походе…
Осмон выглядел мрачно. Герцог относился к тем типам противников, которых он крайне не любил. Герцог был педантом. И к вопросу планирования войны он подходил весьма основательно. И крайне редко делал какие-то резкие движения, если они шли вразрез с уже намеченными планами. Так что герцог просто проигнорировал все расставленные приманки в ловушках. Разработав план действий, он от него почти не отклонялся, даже если впереди вроде бы появилась возможность закончить всё быстрее… Осмона называли Хитрым Лисом… Герцога вполне можно было бы назвать Упрямым Бараном. Тем самым, который видит цель, намечен маршрут, а там пусть препятствия сами с него разбегаются.
Так что герцог сейчас медленно, но верно отжимал гарлов от дорог и старался занять позицию между крепостями, затруднив их общение. Строились небольшие крепости, с опорой на которые герцог и действовал. И, несмотря вроде на превосходство в силах, ничего с этими жалкими укреплениями Осмон сделать не мог. Для надежного захвата ему нужно было сосредоточить против такой крепости большие силы, но тогда, стоило им там задержаться немного, уже подходили подвижные резервы лакийцев и начинались мелкие укусы. И ничего кавалерия гарлов против рыцарской конницы сделать не могла. Точнее, могла, но ценой больших потерь. Лакийцы были вооружены намного лучше гарлов. По крайней мере, рыцари. А именно их герцог порой и использовал как таран.
В результате сейчас Осмон вынужден был решать важную задачу: оборонять обе крепости или вывести силы из одной и сосредоточиться на обороне только одной. И у того и у другого решения были как положительные, так и отрицательные стороны. И решение нужно принимать быстро. Герцог уже практически закончил обкладывать их своими укреплениями…
— Как диких зверей загоняет, — буркнул Осмон. Он бы знал, что делать, если бы вражеский командующий попытался решить всё быстро, поставив всё на одно сражение, но герцог оказался не из таких, и вся хитрость Осмона оказалась бессильна перед системным подходом к делу, когда четко и планомерно выполнялся намеченный план. А мелкие и неизбежные поражения всего лишь ненадолго задерживали его выполнение. Всего лишь небольшая потеря времени, которое требуется для перегруппировки.
Эти мелкие крепости лакийцев… Похоже, их враг тоже учился. Он точно знал о главной проблеме гарлов — штурм укреплений. Ну оно и неудивительно, в конце концов, именно такие вот укрепления на границе герцогства и сдерживали их набеги, служа непреодолимым препятствием. Да, порой такие крепости удавалось взять штурмом или еще как захватить, но без взятия соседних всё это было лишь временным успехом. Судя по всему, тут герцог повторил ту же тактику. И в случае если Осмон выводил в поле свою армию, армия королевства моментально укрывалась за такими вот защитными сооружениями. Примитивными, но быстровозводимыми… и непреодолимыми для гарлов. Ну или с очень большими потерями, после которых останется только сдаваться. И Осмон не рисковал, вынужденный отступать. Попытки показать слабость, что у него мало сил, что его войска очень слабы, лакийцами просто игнорировались.