— Приблизительно? Потери высоки, судя по всему, многие на радостях успели отпраздновать взятие города… Так что там мало кто смог что понять или увидеть. А кто мог — те либо погибли, либо серьезно ранены.
— Даже так?
— Угу. К удивлению, таких было немного, но этого хватило, чтобы лакийцы прорвались за укрепления. По поводу требушетов… Ты и сам знаешь. Тот, что сгорел, там даже железные детали только на перековку годятся. Не восстановить. Один почти не пострадал, через день можно будет снова пустить в дело. Со вторым сложнее… Сейчас там имперские инженеры его изучают, но говорят, дней десять нужно.
Лат хмуро глянул на Вальда.
— Что с башнями? — Лат хоть и сам предложил их строить, но не очень торопил, больше надеялся на другие методы, а башни скорее как отвлечение внимания лакийцев. Потому они вроде как и строились, но деревом снабжались по остаточному принципу, так что не очень спешно.
— Начали строить три штуки… Одна готова наполовину. Я решил, что лучше построить хотя бы одну, потому всех лучших строителей и дерево направил туда. Остальные две… Основу заложили.
— Наверное, придется все же сделать ставку именно на них, — признал Лат. — Надо ускорить строительство. И будем их подводить к пролому. Нужно прикрывать наших рабочих у завала. М-да… Разбор завала. Как там, кстати?
— Дней семь, — признал Вальд. — Раньше никак. И это только убрать самые мешающие обломки. Тогда и можно говорить о реальном проникновении в город.
— Вот бы где башни пригодились… — Лат потёр лоб. И опять некого винить. Сам предложил, и сам же работы тормознул, не выделив людей и материал. Опыт… Как же не хватало опыта… — Что за стеной? Разглядели?
— Новая стена. Камни и брёвна. Делали на совесть.
Лат только вздохнул. Ну да, время у них было.
— Как я понимаю, требушет до неё не докинет камни?
— Разве что самые небольшие… При удаче. Будем двигать наши.
— Потери будут высокими. Они же попадут под обстрел баллист из башен.
Вальд пожал плечами. Потери и так превосходили все расчеты. Никто не ожидал, что лакийцы настолько яростно и изобретательно будут сопротивляться. А последняя атака? Вальд до сих пор не мог понять, каким образом лакийцам удалось незаметно подобраться к требушету. Ведь тот вспыхнул сразу после тревоги. То есть врага до самого последнего момента никто не видел. А значит, и оставшиеся машины могут оказаться под угрозой.
— Необходимо усилить охрану оставшихся машин, — пробормотал Вальд.
Лат кивнул.
— И надо выяснить, как у них получилось. А в остальном… Продолжаем, как наметили. И ускорим строительство башен. Максимально. А атаку… завтра попробуем. Ну и разведку проведём.
Вальд кивнул. По-хорошему лучше не давать лакийцам времени на отдых, но… После ночного погрома им и самим стоит привести себя в порядок. Не пойдут сегодня вожди на штурм. И от Осмона нет вестей. Что там у него и как идут дела… А от этого ведь тоже многое зависит. Сколько у них времени? Сколько еще продержится Старый Лис?
После ночного боя в госпитали начался настоящий поток раненых. Элайна, наплевав на всё, просто встала у входа и принялась оказывать первую помощь прибывающим, благо немного подтянула это умение по прошлым разам, когда изредка помогала сестрам милосердия. Скорее для поднятия духа солдат, чем по реальной необходимости. Ещё бы, сама дочь герцога помогает. Девочка, внутренне считая такое лицемерием, всё же находила время показаться в разных госпиталях, немного помогая раненым. А с другой стороны, какая-никакая, но помощь. Всё-таки она не последний маг из начинающих. Уж очистку ран она сможет сделать лучше многих из тех, кто сейчас занимался этим из добровольцев. Обычно Элайна и вмешивалась, когда видела неумелость кого-то из персонала. Молча подходила и показывала, как надо. Объясняла ошибки. Иногда ловила на себе злые взгляды тех, кому помогала, кому понравится, когда вмешивается какая-то пигалица и начинает учить правильно ауру применять? И только присутствие гвардейцев удерживало таких от разного…
Но сейчас было не до церемоний. Раненых оказалось действительно много, и персонал конкретно зашивался. Элайна быстро велела вызвать всех из цитадели, кто мог очищать раны, и встала у входа сама, закатав рукава. Сначала ещё смущалась, пугалась и робела, но потом стало не до этого. Сначала девочка ещё пыталась кого-то подбодрить, улыбнуться, что-то сказать, а потом просто делала дело. Осмотреть, примериться, убрать повязку, положить руку и запустить очистку аурой. Проверить и следующий. Кто-то пытался ей что-то сказать, дёргал за руку. Элайна однажды не выдержала и что-то там рявкнула, причём весьма так не в репертуаре воспитанной леди. От неё отстали. А дальше просто мелькали даже не лица, а раны. На лица она уже и не смотрела…