«Но тогда кто?»
Маджайра злилась, и злость мешала ей думать. Она столько сил потратила, чтобы связаться с братом, а тут… этот…
«Назови своё имя!» — потребовала она.
«Я Зюджес, сын тана Тувалора, шестнадцатого Светлого тана и властителя Сергаса. А ты кто, красавица, будешь?»
«Не смей обращаться ко мне фамильярно! Я принцесса Маджайра, а для тебя — её императорское высочество принцесса Маджайра»
Зюджес пожал плечами и улыбнулся, чем только сильнее выбесил. Как мог он улыбаться так широко и беззаботно, когда они готовились подохнуть в столице от голода?!
«Как скажете, ваше императорское высочество принцесса Маджайра. Рад, что вы сами со мной связались. С тех пор как в бурю наши корабли прибило к этому проклятому острову, сколько ни пытались, а преодолеть прибрежное течение не смогли. Слишком сильное оно для гребцов. Нас уже заждались в Джотисе, да?»
О чём он говорит? Какие корабли? Какая буря? Какой остров?
Маджайра ничего не понимала. Если только… Голова затрещала от попыток вспомнить, что ей говорил перед отъездом тан Тувалор. Что-то о переброске сергасской армии для прикрытия столицы. Было же? Или нет?
«Расскажи обо всём с самого начала и подробно»
«А что рассказывать? — Зюджес поднялся с земли и махнул рукой в сторону стоящих в бухте кораблей с небесно-синими флагами. — От тана Тувалора пришёл приказ о переброске Второй Сергасской армии в столицу. За месяц с небольшим я собрал солдат, погрузил на корабли, и мы отплыли. Думал, успеем проскочить до смены направляющего ветра. И поначалу всё шло хорошо. Три дня стояла прекрасная погода, но на четвёртый начался шторм. Корабли отбило от берега и выкинуло в открытое море. Буря не утихала одиннадцать дней. Нас разбросало по морю, кого куда, и многих мы потеряли. После мы пытались найти путь по звёздам и добрались до одного из Мятежных островов. Самого северного. Но направляющий ветер успел перемениться, и теперь единственный выход — это ждать конца Распутицы. Раньше с острова нам не выбраться»
Маджайра едва сдерживалась, чтобы не придушить его собственными руками.
Если бы Зюджес повёл людей не морем, а через горы…
Если бы Вторая сергасская армия была в столице, когда появились гердеинцы…
Да ладно армия! Если бы рядом с ней был ещё один маг, и не просто абы какой, а «зелёный» — ускользающее редкий вид с возможностью исцелять, приказывать нэвиям и воскрешать мёртвых…
Всё было бы по-другому.
Но Зюджес отправился в Джотис морем, чтобы не штурмовать по осеннее-зимнему времени заснеженные перевалы. Хотел ускорить прибытие армии и сберечь людей, да только судьба распорядилась иначе.
«Выслушай меня внимательно Зюджес, сын тана Тувалора. Гердеинцы во главе с Джерисаром Вторым уже четвёртый месяц осаждают столицу, — произнесла Маджайра, и, даже мысленный, её голос звучал мрачно. — Сегодня у нас закончилась еда. Не вся, кое-что припасено для защитников. Но ни женщины, ни дети, ни старики не получат больше ни крошки»
От её слов он ощутимо напрягся. На лице не дрогнул ни мускул, но изменилась поза: Зюджес скрестил на груди руки, встал к ней вполоборота и наклонил голову. Словно не мужчина, а породистый жеребец, не желающий выходить из стойла.
«Брат столько писал о тебе, что мне кажется, мы знакомы с самого детства. Ты жизни не мыслишь без моря и кораблей. Любишь девушек, и они отвечают тебе взаимностью. Дороже всего ценишь свободу. И натура твоя — легкомысленная и нетерпеливая — вечно ищет приключений. Поэтому скажу так. — Маджайра вздохнула. — Я зла на тебя до слёз. Убила бы, если бы смогла дотянуться. Но если приведёшь армию к столице… Если привезёшь с острова еды и накормишь людей… Не Демиону, тебе отдам свою руку и сердце. В конечном счёте, тан Тувалор сам себя перехитрил, когда вместо имени в договоре со мной туманно обозначил наследника. Ты тоже его наследник. Пусть не титула, но крови. Боги к такой замене не придерутся и карать за неё не будут»
«Думаете, мне нужна сладкая морковка? — Зюджес поднял к ней глаза, и в глубине зрачков отразилось садящееся над морем солнце. — Ошибаетесь! Я услышал вас, моя принцесса. Корабли отплывут сразу же, как только изменится ветер. И их трюмы будут забиты доверху. Со мной всего три тысячи воинов, но каждый сергасец стоит десятерых. И ещё. Не судите обо мне по чужим словам. Я люблю Талиана как родного брата, но он наивен, когда дело касается женщин, до одури. Первой же проходимке готов открыть своё сердце, а охотниц до его титула с детства было предостаточно. Поэтому я методично соблазнял каждую девушку, которая бросала в его сторону томные взгляды. Пусть пока не устояла ни одна. Но когда-нибудь, я верю, появится достойная»