— Мой император, милость ваша поистине безгранична! Спасибо за помощь и простите, что не оказала вам должного почтения. Это моя ошибка. Я готова понести за неё наказание.
Глядя на порозовевшее лицо, красный нос и искусанные губы, Талиан улыбнулся, но затем нахмурился. Он вдруг вспомнил, зачем пришёл.
— Не благодарите раньше времени, — ответил он мрачно. — Тан Дикалион нужен мне этим вечером, чтобы замкнуть круг.
— Нет! То есть… — дива Марьяна запнулась и смертельно побледнела. — Это убьёт Дика. Вы видите, он болен. Неужели никак нельзя обойтись без него?
Чувствуя себя последним мерзавцем, Талиан тихо произнёс:
— Нельзя.
— Но…
— Уверяю вас, он не будет ранен и не истечёт кровью, — Талиан озабоченно почесал голову, откинув со лба вездесущие кудри. — После ритуала поспит денёк и придёт в сознание. Это нестрашно.
— Позвольте сказать, ваше императорское величество, — произнёс господин Гимеон и, дождавшись кивка, продолжил: — Волнение дивы Марьяны обосновано. Вам ведь известно, что магия помогает выжить даже при смертельном ранении. Как и то, что опустошённый магический резерв влечёт за собой слабость, головокружение и истощение всех сил.
Старый лекарь плотно сжал губы, а затем, вздохнув, подытожил:
— Боюсь, при истощённом магическом резерве тана Дикалиона убьёт первая же царапина.
Талиан, устало прикрыв глаза, с горечью подумал: «Опять не получается! Как ожидаемо!» — и палец вдруг обожгло огнём. Перстень накалился до боли, заставив вспомнить замёрзшую реку и уходящие под лёд повозки.
«Безнадёжные ситуации случаются. Эта лишь одна из них. Всего-то! — донёсся издалека полузабытый голос тана Анлетти. — Не надо паниковать и сдаваться заранее. Делай то, что можешь».
Губы против воли сложились в грустную усмешку. Да что он может?! Замкнуть круг вдвоём с Демионом? Это ничего не даст. Взять диву Марьяну вместо брата? Получится то же самое, как если бы они с Демионом были одни — всю работу придётся разделить надвое.
Чтобы заморозить реку, ушёл целый день, а тут... сотня завалов на дороге. Он не может заниматься этим вечно!
«Ох уж эта нетерпеливая молодость... — казалось, тан Анлетти тепло улыбается ему, без всякой насмешки или злобы. — Однажды мы с Гардаларом сделали вот так».
Перед глазами у Талиана вырос зелёный холм и шестеро человек, взявшихся за руки. Картинка мигнула, и те же люди оказались в черноте иного мира. Трое из них полыхали подобно пламени костра, а трое других парили в виде безногих нэвиев.
«Это называется большим кругом. Страховкой жизни мальчика станет магический резерв его сестры. Встретимся — и я займусь вашим образованием, но а сейчас… прощайте».
Камень в перстне погас раньше, чем Талиан успел вставить хоть слово: тан Анлетти будто почувствовал, что у него накопилась бездна вопросов. Расстояние между ними сокращалось с каждым днём. Или так только казалось? Талиан не был уверен. Хотелось надеяться, что тан Анлетти появится именно в тот момент, когда будет больше всего нужен. Но…
Пока приходилось рассчитывать на собственные силы.
Талиан протёр уставшие глаза, прогоняя посторонние мысли, и вернулся к притихшей диве Марьяне.
Девчонка смотрела на него, не мигая, огромными, в пол-лица глазами и молчала, а на дне зрачков плескался ледяной ужас — ведь она только что сказала «нет» самому императору.
Талиан положил руку ей на макушку и взъерошил волосы, словно общался с мальчишкой. Но так почему-то показалось правильным.
— Не мне вас осуждать. Я сам стремлюсь попасть в столицу ради сестры. И так же встану на пути у любого, кто посмеет причинить ей вред, — сказал он и улыбнулся, заслужив робкую улыбку в ответ. — Есть другое решение. Мы можем замкнуть большой круг из шести человек. Тогда у нас появится дополнительный резерв. Но я не знаю, откуда…
— Я!
— …можно взять…
— Я!
— Да прекратите уже меня перебивать! — возмутился Талиан, звонко расмеявшись.
— Если вы ищите добровольцев с магическим даром, которые бы стали вашим резервом в большом круге, то я согласна, — дива Марьяна вдруг запнулась и неуверенно спросила. — Вы ведь ищите?