— Молчите? — Калеб развернулся и взглянул на Кромунда. Маршал невольно поежился. Раньше он никогда не сталкивался с особым советником, только слышал истории о нем. «Сущий дьявол, скорый на расправу». Так о нем говорили люди.
Маршал даже подумал о том, чтобы столкнуть советника с крыши, но не решился. Троица «королевских дланей», стоящих в опасной близости, рушила любые надежды на вероломное предательство. Королевские убийцы, натасканные с самого рождения. Закутанные в черные плащи с золотым тиснением. На лицах — непроглядные зеркальные маски. Чтобы умирая, ты видел свое собственное испуганное лицо, лишенное чести. Жуткие твари, с которыми даже маршалы предпочитали не спорить.
— Все указано в рапорте, — угрюмо рыкнул Кромунд, повторяя одно и то же в который раз.
— От вашего рапорта несет за версту! — рявкнул в ответ Калеб, шагая вплотную к маршалу. Советник орал на вояку, а его соленая слюна летела прямо в харю Кромунду. Воину приходилось держать себя в руках и не отводить взгляд. — Фельдмаршал погиб и никто, кроме вашей сраной троицы не видел обстоятельств его смерти! По всему Мелонскому замку останки хреновой нежити! Мы насчитали по крайне мере с двадцатку нетопырей! Герцог Раневский убит! Вся его семья перерезана, даже хреновы младенцы! Ближайшие друзья и соратники, — советник махнул рукой в сторону южного рва, — валяются неразборчивой кашей, которая годится только как пища долбаным стервятникам! Клянусь, если ты, конченый придурок, еще раз вякнешь о рапорте — ты отправишься за ними следом! Уяснил?
— Да, господин особый советник, — смиренно склонил голову Кромунд. Это конец? Придется все выложить или прозорливый старикан прикажет «дланям» прирезать героя войны?
— Так-то лучше, — вздернул подбородок советник, отходя в сторону. — Давай на чистоту, маршал. Всей вашей хреновой армии одна дорога — на эшафот. Я прибыл вчера вечером и успел выловить парочку адъютантов. Повезло, что я нашел тех, кто передавал Римии приказ короля. Тот самый, об отступлении, — Кромунд инстинктивно потянулся к рукоятке клинка и тут же ощутил смертельный холод. Убийцы следили за каждым его движением — с ними ему не справится. Маршал расслабился и отчужденно опустил руки. — Правильно решение, — похвалил Калеб, — вернемся к беседе. Те же адъютанты подтвердили, что ваша троица приняла решение об осаде в день получения прямого приказа от королевской семьи. Удивительное неповиновение, но! Вам каким-то образом удалось взять неприступный Мелонский замок за сутки. Прекрасные вести, королевская семья в восторге!
— Правда? — не веря своим ушам спросил Кромунд.
— Свиным хреном тебе в рыло! Конечно же нет! — Калеб так заорал, что чуть не потерял голос. — Ты же маршал королевской армии, что за тупой вопрос? Вы ослушались их приказа, как они могут быть довольны? — советник остановился, чтобы отдышаться. — Ладно. Ладно, маршал Кромунд. Вижу, ты — полнейший кретин. Поэтому говорить придется прямо. К сожалению. Итак — вы все трупы. Это ясно?
— Вы толкаете нас к дезертирству и предательству, — грозно шепнул маршал, уверенно касаясь рукоятки меча. Если уж приговор вынесен — он будет сражаться до конца.
— Это вы толкнули своих людей на предательство, когда решили не повиноваться. А я лишь пытаюсь вернуть вам доброе имя.
— Вот как? — что-то изменилось в голосе Калеба. Он стал говорить мягче, проникновеннее.
— Именно. Вы не отбивали Мелонский замок. Не смогли победить герцога Раневского ровно до того момента, пока нежить не прорвалась сюда. Многих зарубили, жертв не сосчитать, но! Какая удача, что великий фельдмаршал Римия и его Кровавые псы единственные смогли распознать момент атаки.
— Действительно — большая удача, — усмехнулся Кромунд.
— О, да! — хлопнул в ладоши Калеб. — Он собрал лишь лучших и самых доверенных бойцов, забыл о распрях с герцогом и, под страхом собственной гибели Римия решил командовать атаку, игнорируя приказ короля. Поставил под удар всю кампанию, но героически пробился во внутренний двор и добрался до реликвии. К сожалению, сам фельдмаршал погиб в бою, но его ближайший капитан смог героически активировать артефакт и спасти всех нас, жителей королевства!