Через пару часов шум битвы стих. Кромунд со своими ребятами смогли добраться до внутренних стен замка. Надежно закрытые, как он того и боялся. Не хватило времени или скорости, да и герцог Раневский намеренно перерыл улицы внутреннего двора, не позволяя армии быстро добраться до замка.
— Душный старый хер, — в сердцах сплюнул под ноги Кромунд, после того, как в очередной раз стукнул порубленным щитом в железные двери. Поглядел на отслуживший свое щит и скинул вниз. Глянул на небо — день подходил к концу, нужно было отступать и занимать позиции. Сегодня они и так на славу потрудились. — Михель жив? — крикнул маршал и капитан тут же подошел. — Уважаю твою волю к жизни.
— Благодарю, маршал, — без тени иронии склонил голову капитан.
— Собирай своих, валите на площадь. Поднимайте наш штандарт. Мы первые зашли в это гребаное место — пусть каждый придурок об этом знает.
— Как будем делить трофеи? — деловито поинтересовался уставший воин.
Трофеи. Кромунд уже видел, как из ближайших домов на улицу вытягивают визжащих девиц, детей и симпатичных парней. Вкусы у королевских солдат были разными, но здоровых мужиков и стариков не щадил никто. Совсем скоро внутренний двор замка наполнится криками мольбы и страха, сдобренными бесконечным плачем. Основным же соусом станет рык и веселое улюлюканье солдат, дорвавшимся до первых боевых трофеев спустя столько времени. Дух королевской армии сегодня взлетит выше самых высоких шпилей Мелонского замка.
— Черные шипы первыми прорвали оборону, а значит первыми будут сидеть у стола, — заорал Кромунд так, чтобы его услышал даже самый отмороженный из головорезов. — Поднимай штандарт, Михель! Сегодня мы берем самое лучшее, а завтра готовимся умирать во имя королевской семьи!
— Слава маршалу Кромунду и его Черным шипам! Слава королевской армии! Слава нам! — заревел Михель, поднимая вверх окровавленный клинок. Его голос тут же подхватили сотни солдат, заставляя неприступные стены содрогнуться от стройного крика.
Кромунду же необходимо было вернуться к фельдмаршалу и доложить о своих успехах, но он не спешил бежать по скользким улицам с высунутым изо рта языком, как какой-нибудь блохастый верный пес. Он медленно шел, наслаждаясь криками, песнями и радостными воплями. Музыка настоящей войны — его любимая из мелодий.
У останков западного тоннеля уже успели возвести штандарты его армии. «Черные шипы» — известная и жесткая шайка настоящих головорезов, как любил думать о своих подопечных Кромунд. На флаге — здоровенный треснутый череп, из которого наружу вырывались толстенные черные шипы. Эдакое напоминание всем неосторожным смельчакам, решившим пойти против королевской воли. Таким, как старый маразматик герцог Раневский.
— Неплохо малец их поджарил, — маршал Фиррин поджидал Кромунда рядом с западной стеной.
— Способный волшебник сдох, если тебе интересно, — поделился последними новостями задумчивый воин.
— Вот как? — Фиррин вытер тыльной стороной ладони кровь со своего камзола. — А я даже не знал, как его зовут.
— Если отыщем его труп, — Кромунд попытался взглядом найти пеструю мантию волшебника, — то обязательно воздадим необходимые почести.
— Он умер в бою, героем, — кивнул Фиррин, отделяясь от стены и шагая вместе с маршалом.
— Настоящий солдат королевства, — без тени издевки кивнул Кромунд.
Пускай волшебник и был трусливым заносчивым подонком — он бесстрашно кричал в лицо противнику и позволил им пробиться за неприступные ворота. Королевская армия уважала смельчаков и никогда не позволяла себе омрачать память о них пустыми, ядовитыми речами. Если тебе нечего сказать о погибшем солдате — лучше заткнись. Так говорили маршалы.
— Мы прорвались во внутренний двор? — с порога спросил фельдмаршал. Римия уже успел застегнуть камзол и подтянуть штаны. Старый вояка собирался собственными глазами увидеть триумф вверенной ему армии.
— Верно, но радоваться не стоит, — покачал головой Кромунд.
— Старая паскуда закрыл внутренние ворота? — дрогнувшим голосом спросил Римия и маршалу ничего не оставалось, кроме как кивнуть. — Тупой вонючий хер, — в сердцах фельдмаршал саданул кулаком по столу и сломал его надвое. Может старый и жирный сейчас, но когда-то Римию знали как одного из Безумных Тварей. Воинов, превращающихся в монстров на поле боя. Кромунду, как и Фиррину, повезло несколько раз видеть маршала в бою. Зрелище, от которого даже у ветеранов стыла кровь и сводило живот.