Она стала сильной.
А сильный человек умеет быть благодарным. Умеет воздавать должное тем, кто ему помог. Это слабые люди обычно злы и жестоки, сложно быть добрым, если ежечасно ждешь удара. Сложно быть благородным, если об тебя вытирают ноги.
Надя стала сильной. И отблагодарила Савву, хоть и на свой лад.
Деньги - это много или мало?
Как сказать. В каких-то координатах это пустяк. Но - попробуйте жить без денег?
Прокормить детей? Найти еду, жилье.... Нищим выбирать не приходится, не так ли? Надя даже не деньгами откупалась - спокойной и уютной жизнью. Савва ей подарил уверенность в себе, она ему - уверенность в завтрашнем дне.
Много это - или мало? Кто ж теперь скажет?
А в те времена они так и ходили. Юный тогда Саввушка, пухленькая и обаятельная Наденька... сейчас так не получится.
А потому Надя и не стала уходить далеко. Дошла до одной из памятных полянок... вот и дерево на ней, усесться можно.
- Саввушка, это я и стенам не могу доверить.
- Наденька?
- Знаешь, от кого сын у Илюшки?
- Тора... ты ж не назвала имени.
- Великая княжна Анна.
Слово, которое сорвалось с губ Саввы, вообще-то в присутствии тор... да и вообще, женщин и детей, произносить не стоило бы.
Надя сидела молча. Ждала осознания. Наступило оно быстро.
- Это ж как же?! Это ж... Это че ж...
Да, сложно осознать, что с одной стороны у мальчика дед - крестьянин Савватей, а с другой - император всея Русины, Петер Воронов.
В один шаг такое и на голову не натянешь...
Но наконец Савва осознал, смирился, и посмотрел на тору с куда большим интересом.
- И че ж теперь?
- Ничего, Саввушка. Просто - сбереги внучка, если что. Сбереги.
- Наденька, слово даю. Все сделаю.
- Сделай, Саввушка. Может и такое быть, что больше делать будет некому.
Савва покачал головой.
- Все что смогу, Наденька. Защищу, уберегу...
- Побереги внука, Саввушка. Если так случится - Творцом тебя заклинаю. Не меня пытайся спасти, не сына - не разменивайся ни на что. Хватай внука - и уезжай!
- Обещаю, Наденька...
Не так уж и много сказано было на той поляне. Но главное прозвучало.
А что Савва ухмылялся в бороду, когда обратно шел...
А что!
Вот какой у него сын!
Не хухры-мухры, сама великая княжна снизошла! Оценила...
Какого он мужика спроворил! Уметь надо! Ух!
Глава 9
Русина, Ирольск.
Яна сидела в небольшой квартирке рядом с вокзалом и смотрела из окна на паровоз. Специально сюда перебралась, после отъезда Нини. Здесь, конечно, опаснее, ну так и она не маргаритка беспомощная, она за себя постоять может. А к поездам ей надо было быть поближе.
Ей предстоял небольшой вояж по Русине.
Да, ехать - или не ехать, вот в чем вопрос!
Ехать, понятное дело! Если на хорошем, скоростном поезде, то до Звенигорода она доберется за две недели. Ну, там может чуть больше будет, мало ли что. Но - две недели.
А если ножками?
Во времена оны каторжники по два года до Сибири топали. Здесь, конечно, расстояние поменьше, но...
Полторы тысячи километров. Даже тысячу семьсот, почти... Полторы тысячи было от Зараево, а сюда она добралась - еще плюс двести километров к счету.
Машины у нее теперь нет. Да и не потянет она такой автопробег. Не с нынешним уровнем техники. И ладно б еще на дорогах спокойно было!
И ладно б еще дороги были!
И керосин.
И запчасти.
И продукты...
Короче - абзац.
Те, кто живут в двадцать первом веке, и не представляют, какая филейная часть улыбалась путешественнику всего веком раньше. Даже отдаленно не представляют.
Тот же Чехов ехал до Сахалина - около девяти тысяч километров - четыре месяца. Ехал на поезде, пароходе, паромах, лошадях...
Яне надо было только на поезд. Но...
В стране - бардак. Она уже поговорила с путевыми рабочими, и те сказали свой вердикт: если повезет - две недели. Пассажирские поезда?
Окститесь, жама! В наше-то время!
А какие?
Назван был только один поезд. Личный, жома Тигра. На котором тот приехал из Звенигорода, и который отправится обратно. Осталось одно маленькое обстоятельство. Надо найти этого самого, кошачьего, и уговорить его взять Яну с собой. Желательно - на полном довольствии.
Не то, чтобы девушка не могла запасти продуктов на две недели - и дольше могла. И договориться, и на пайке пожить - бывало. Пост она никогда не соблюдала, но лес же! Кто себя в руках держать не умеет, тому и в лесу делать нечего.