- Теперь ты можешь мне всё рассказать. Это история явно не для посторонних ушей, хотя, демон его задери, скоро вся округа заполнится слухами о наших похождениях и, конечно же твоих странных глазах.
- Теперь мне проще купить новое имение, как можно дальше от Фотии. Боюсь, бонды просто поднимут меня на вилы уже не делая скидку на мое происхождение.
- Об этом не волнуйся. Можешь остаться у меня на время, достаточное для того, чтобы короткая человеческая память обо всём позабыла.
Я согласно покачал головой, хотя глубоко внутри не был так уверен, как Алексис. Пришлось рассказывать обо всём: о нашем восхождении, о пещере с телом стрикса и, естественно, о голосе, говорившем со мной. Алексис, как и всегда, слушал очень внимательно, не перебивая и, казалось, даже не моргая. Когда я закончил, он лишь в очередной раз подлил себе бренди и, загадочно поглядев на чарку, отставил её в сторону.
- Если бы я не видел своими глазами твоих метаморфоз, подумал бы, что ты спятил от горя. Но давай рассуждать логически: эта тварь укусила тебя и Юлиану. Существует множество преданий о существах, способных передавать проклятье своим укусом – это, например, вампиры и оборотни, если рассматривать именно сферу мифов Мавродаса. А судя по тому, о чем ты мне уже рассказал, стрикс – это нечто похожее именно на этих двух созданий, поскольку питается он и плотью и кровью живых существ. А значит, через укус может передавать своё проклятие.
- Как это банально: называть сложные метаморфозы магией. Вполне в духе вашего непросвещённого рода.
- Что же это, если не магия?
Алексис вопросительно наклонил голову, рассматривая меня, погруженного во внутренний диалог.
- Это направленные мутации, вызванные введением специальных веществ, если говорить совсем уж просто. Они возникают… при определенных обстоятельствах.
- Каких, например?
- Об этом ты узнаешь в своё время.
На этом голос опять исчез, оставив после себя чувство, похожее на пустоту. Каждый раз, когда он возникал, я пытался избавиться от него, но как только голос уходил, я чувствовал себя будто бы неполноценным.
- Ты прав, это действительно магия проклятия, - заключил я наконец, на этот раз уже вслух.
- Голос так и сказал?
- Не совсем, но близко к этому. По всей видимости, в его слюне содержалось нечто, что заставило меня претерпеть некоторые изменения.
- Что ж, это не важно. Важно – снять с тебя и с твоей жены это… проклятие.
- У тебя есть идеи, как это можно сделать?
- Боюсь, что ни одной, - сокрушенно развел руками Алексис, - в этом мне не поможет даже бренди.
- Значит, мы зашли в тупик.
- Но не стоит отчаиваться, возможно, в наших краях есть люди, которые тебе могут помочь. Старик Финдли ведь говорил, будто услышал историю о стриксах от какого-то шамана. Поговори со знахарем, затем найди того, с чьих слов он написал свою книгу. До Самайна у тебя есть целых полтора месяца, ты должен успеть.
- А причем тут вообще Самайн?
- Это, друг мой, самый твой волшебный вариант. Я подумал, и решил: раз уж существуют некие стриксы, которые способны силой укуса превращать людей в себе подобных, то почему не может существовать Кернунн? Как ты знаешь, на празднике соберется целая тьма народу, а жрецы Рогатого выберут из них несколько счастливчиков для так называемого разговора с богом. Понимаешь, к чему я клоню?
- Насколько я помню, такие счастливчики обычно добровольно приносят себя в жертву, наевшись галлюциногенных грибов. Так что план твой мне не нравится.
- Но. Это ведь необязательно. Избранные могут обратиться напрямую к Кернунну и, так скажем, загадать желание. А что ты можешь пожелать, если не снять с себя проклятие?
- Ты ведь сам говорил, что богов не существует. Неужели эпизод со стриксом тебя переубедил?
- Меня убедило то, что шесть человек видели на вершине горы какого-то нетопыря размером с корову. Если в здешних лесах есть место таким созданиям, то кто знает, что здесь водится ещё?
- Меня этим не убедить. Я не хочу есть грибы и видеть то, чего нет на самом деле. Но, так уж и быть, я попробую, поскольку иного выхода у меня просто нет.