«Запрос экстренной синхронизации».
Машина ответила с задержкой, словно раздумывая, стоит ли отвечать хозяину. Синдзи горько улыбнулся: «Ничего подобного. Просто ее контузило еще похлеще, чем меня».
«Запрос принят».
«Ограничители: синхронизировать прямое управление и оружие».
«Вы уверены? Система навигации, радар ближнего радиуса действия, радар дальнего…»
«Подтверждаю. Уверен».
Утренний бой всплесками блевоты плавал в черепной коробке: для битвы с этим Ангелом не нужно много приборов, зато каждая ниточка синхронизации подтягивает пилота к врагу, будто леска рыбака. Много лесок, много крючков — и рыбу рвет на куски еще под водой.
Синдзи потянулся к компенсаторам гравитации. Ворота ангара расходились, их раздвигали уже вручную: Ангел успел повредить энергоснабжение базы. Капитан поерзал в ложементе и беглым взглядом окинул приборы, узкую кабину.
«Так легче, правда? Хоть и страшно».
Тяжелым снарядом фиолетовая машина вылетела из жерла ангара.
Командный джип грудой бесполезной электроники стоял на холме: из всех его полезных систем работала только одна, и она сейчас вычихивала в осенний воздух пары сожженной солярки. Майор Кацураги, широко расставив ноги, стояла рядом с капотом машины и смотрела в бинокль на то, что еще до недавнего времени было ее базой.
Большая часть территории за северным сектором периметра пылала, и столб жирной копоти с гудением рвался в небо — жарко было даже здесь, в полукилометре от южных кордонов.
— Майор…
У Мисато-сан остался только один вестовой, остальные — «живые рации» — ушли в самый ад, и этот самый последний был одновременно водителем.
«Если что — поведу сама», — подумала майор, прикидывая, что западные батареи стоит развернуть и скорректировать.
— Мао, возьмите байк из багажника и отправляйтесь к пятому батальону…
Серия взрывов прервала ее, и, встав, Кацураги обнаружила, что сержанту повезло: пятый ракетный батальон только что прекратил свое существование. Там еще вспухали оранжевые клубы пламени, а сдетонировавшие ракеты разлетались последними салютами.
— Какого дьявола… — услышала Кацураги. — Почему?
Она не стала оборачиваться: это плакал от бессильной ярости ее последний вестовой, и Кацураги в упор не желала этого видеть. Хотя бы потому, что когда-то давным-давно так же вгоняла ногти себе в ладони маленькая Мисато-тян, заслуженно лучшая ученица своего отца, полковника Кацураги.
Бригада отца без шансов сгорела почти за три минуты. Дотла. Через мгновение пылающий крест N^2- взрыва взметнулся над общей могилой тысяч людей и одного нелюдя.
Ева-01, последняя надежда базы, то выныривала из дыма, то снова врезалась в жаркую копоть, подбирая ключи к обороне врага, и майор с растущим отчаянием видела, что Синдзи катастрофически не хватает одного пустяка.
Маленького злющего рыжего пустяка.
«Давай, Синдзи. Ты все равно давай, хорошо?».
Машина креном ушла в сторону, и обжигающий луч прошел в полуметре от брони. Активной защиты с этого борта уже не осталось: приступ рвоты у пилота дорого обошелся Еве. Синдзи больше уклонялся, чем вел стрельбу, а Ангел успевал и его держать на поводке и выжигать последние попытки армии удержать его хотя бы между линиями периметра.
Но самое отвратительное заключалось в том, что ему приходилось драться с двумя врагами сразу: Ева выходила из-под контроля раз в десять секунд. «Мерзкое чувство, будто тебя предает твой собственный орган». Пилот дважды прокусил себе язык, пытаясь удержать в повиновении хотя бы системы управления.
«Если считать свой собственный страх, то врагов аж три».
Ангел упорно рвался к разуму пилота, рвался к тем крючьям, которые он там оставил, чтобы уже наверняка. А пилот, содрогаясь на промокшем от пота ложементе, мечтал, чтобы все побыстрее закончилось, как бы просто и безыскусно это желание ни звучало.
Ангел повис над складом, и крыша здания просела от жара. С нее сдувало капли металла, и огненный шторм дохнул во все стороны, будто из твари била в землю струя раскаленной плазмы. Ева качалась в обжигающем фейерверке, и автоматические пулеметы напрасно исчеркивали непробиваемое поле вокруг плоти врага.
А навести позитронные орудия все никак не получалось.
«Я так долго не смогу. Я не смогу».
Вывод был прост: все бросить и убежать. Как тогда, когда он встретил первого своего Ангела.
«Не как тогда. У меня четкий приказ».
Синдзи стало холодно и неуютно. Аска — как всегда — могла бы сделать красивый маневр с фланга, пока он выполняет все инструкции и протоколы. Надо лишь разрядить орудия в упор, когда прицелы больше не нужны, надо сосредоточиться на оружии, наплевать на управление — все ради одного выстрела.