«Сегодня можно отдохнуть чуть подольше», — засыпая, подумала она.
12: Контраст
Люди — неоценимый ресурс, но подчас они просто не нужны. Человек потакает своему настроению, имеет кучу слабостей, устает и порой результат его труда зависит от расположения светил на ночном небе. Когда нужно поработать без права на ошибку, когда нужна скрупулезная тошнотворная точность и исполнительность, — работу поручают автоматике. Она не склонна к творчеству и делает все так, как надо.
Именно точность нужна была Акаги, которая наблюдала за десятками механических рук, копошащихся в полуразобранном теле Евы-02. С ее поста, расположенного прямо над сборочной линией, было прекрасно видно скелет поверженного совсем недавно создания.
— Как успехи? — раздался голос Гендо.
Рицко обернулась, ища взглядом своего начальника.
— Не удалось восстановить ряд узлов. Патрон «Ружья Лонгиния» плохо повлиял на них.
Гендо кивнул и прошел вперед. Поравнявшись с Акаги возле пульта управления, он взглянул на мониторы.
— Нам удастся запустить Еву-03?
— Вряд ли, — покачала головой Акаги, — в принципе, Сорью, наверное, сможет держать ее в воздухе ровно, но вести бой — нереально даже для нее. После того, как придут запчасти с континента, я смогу закончить работу.
— Запчасти не придут, вы прекрасно это знаете.
— Ну, тогда я буду ждать, пока наш новый пилот раздолбает Еву-01, — хмыкнула блондинка, закуривая. — А он раздолбает ее.
Брови на лице Гендо слегка приподнялись, обозначая удивление, но тут же опустились назад. Благо за бликующими очками этого не было видно.
— Если это случится, то мы просто переберемся на континент, — произнес Икари. — Даже с учетом тамошнего хаоса континент безопаснее.
— Раньше мы были полигоном, теперь же этот полигон никому не нужен. Зато Ева может пригодиться, — пустив колечко дыма, задумчиво пробормотала Рицко. — Да, и материалы вашей жены оказали весьма занимательными.
— Вы их уже проверили?
— Да. Юй все же гений. Думаю, я смогу прогнозировать появления Ангелов.
— Хорошо. Тогда информатор будет нам полезен. По крайней мере, пока не начнется наступление.
— Сколько у меня времени до его начала?
— Максимум две недели. Я не могу тянуть сборы дольше: старики могут что-то заподозрить.
— Более чем достаточно.
Бросив короткий взгляд на Еву, командующий не спеша пошел в сторону двери. Акаги посмотрела ему вслед и снова уткнулась в свои мониторы. Лишь тихое шипение манипуляторов, работающих с Евой, нарушало мерную тишину. На огромном операционном столе многорукий хирург работал с чудовищным пациентом.
«Как удачно, что в такой тонкой лаборатории отсекаются все электромагнитные помехи», — подумала инженер. Сбои электронных часов, отсутствие связи — все это были ерундовые неудобства в сравнении с невозможностью прослушки.
В городе было еще холоднее. Дождь поутих, но оставил после себя холодную вязкую морось, она липла к улицам, как попрошайка, и прохожие спешили прочь с широких проспектов — ныряли в метро, рвались в магазины и кафешки. Автомобили оставляли в этой каше длинные алые нити стоп-сигналов, и водителям тоже было тоскливо: рано или поздно придется выйти из теплых сухих салонов.
Морось терпеливо ждала — у нее впереди был длинный безветренный день.
Аска брела под самыми стенами широкого проспекта. Дома вокруг становились все старее, в некоторые сырость уже просто въелась, и выглядели они куда дряхлее возможного времени постройки. Вдоль тротуара то тут, то там выбирались из тумана костлявые деревца. Девушка озиралась по сторонам и видела все больше признаков старого Токийского центра: простуженные дома, все ниже опускающиеся к земле, раскисшие газоны, которым никогда бы не нашлось место в новом городе, и люди — пожилые, никуда уже не спешащие.
Поежившись, Аска повернула налево и принюхалось: даже сквозь кромешный ад влажности несомненно пахло рекой.
«Река… Сколько можно уже плутать вдоль нее?» — зло подумала Сорью. Впервые она вышла к воде у полицейского участка, где ей надо было зарегистрироваться. В участке было тепло, но неуютно. Там ее облапали взглядами, но увидев штамп в удостоверении, живо обслужили и выпроводили восвояси. Если бы девушка решила оглянуться на участок, то увидела бы, как ее провожают отнюдь не скабрезными гримасами.
Копы не любили людей, меченных неким управлением. Так уж повелось, что мундиры не любят френчи.