– Здесь нет твоей вины, Федора, – сказал он. – Я сам выбрал этот путь. Сам, – покачал головой. – После пышной свадьбы и умопомрачительной ночи, принц стал рабом карлика. Сколько времени он провел в подземном замке, сказать трудно. Но все это время он думал о принцессе, мечтал убежать. И однажды это ему удалось. Он вырвался из владений карлика, но ушел не слишком далеко, – усмехнулся. – Зло не спешит отпускать своих рабов. Оно позволяет им почувствовать свободу, а потом надевает новые кандалы.
– Ты угодил к хозяину леса? – спросила Федора.
– Да, – ответил Пьер. – От него уйти было сложнее. Но именно в его владениях я встретил танцовщицу, которая не захотела называть мне своего имени. Я сказал ей, что вижу ее имя на лбу, но это была выдумка, – улыбнулся. – Я назвал тебя Федорой, чтобы проверить: ты это или нет. Обрадовался, что это, в самом деле, ты.
– Неужели я так изменилась? – спросила она.
– Да, – ответил он. – Ты стала другой. Но такой ты стала нравиться мне еще больше.
– Постой, а как же я увидела твое имя на ладони? – спросила она.
– Ты увидела его потому, что именно оно помогало тебе, во время скитаний, вело тебя вперед, – сказал он. – Это имя стало связующим звеном между реальностью и мечтой. Поняв это, лесной дух отослал меня в воздушный замок. А оттуда я попал сюда, – улыбнулся. – Я вернулся домой и понял, что стал взрослым. Для меня детские игры закончились. Но закончились ли они для принцессы?
– О, да, – ответила Федора. – Да, – прижала к губам шарф. – Но ты ничего мне не сказал про него.
– Этот шарф мне дал хозяин воздушного замка, – сказал Пьер, взяв шарф из рук Федоры. – Мне было разрешено спуститься на землю и подарить тебе этот шарф. Правда было одно условие, которое нам нельзя было нарушать: девушка не должна была ко мне прикасаться. В противном случае нам грозила вечная разлука.
– О, какой ужас! – воскликнула Федора.
– Теперь ты понимаешь, почему я так рассердился, когда ты прижалась ко мне, – сказал Пьер, виновато. – Прости. Я тогда не был собой. Теперь, когда заклятие разрушено, нам ничто не угрожает. Теперь я – тот самый принц, которого ты так упорно искала, которого хотела расколдовать. Наши скитания закончены. Мы можем танцевать с тобой. Мы можем говорить друг другу слова любви. Мы можем подарить друг другу этот мир. Мы с тобой непременно станем самыми счастливыми на планете Орион…
– О, Пьер, что ты такое говоришь? – испугалась Федора. – Неужели, все это сон?
– Нет, милая, не сон, а пробужденье…
– Пьер, милый Пьер, все это – наважденье, влекущее нас за собою…
– Не думай ни о чем, танцуй со мною, – попросил он. – К груди моей скорей прижмись. Забудь про все…
– Нет, нет, мой принц, очнись, скорей! – Федора изо всех сил прижалась к нему. – Очнись, очнись, очнись…
Пьер подбросил вверх шарф. Тот рассыпался на сотни мерцающих звезд, которые окружили Федору и подняли высоко над землей.
– Пьер, что происходит? – закричала она. – Пьер?!
– Мы возвращаемся домой, – ответил он. – Пришел конец нашим скитаниям, принцесса. Мы летим обратно, на планету Орион….
На рассвете четвертого дня верзила и факельщики увидели, как над лесом поднялся светящийся город, несколько минут он парил в воздухе, а потом исчез, как исчезает утренний туман от солнечного света. Когда изумленные люди опустили головы, то пришли в еще больший трепет. Зачарованного леса, наводившего ужас на горожан, больше не было. На его месте сияло прозрачной чистотой большое озеро. Розовые рассветные облака отражались в нем, завораживая и чаруя.
До тех пор, пока солнце не поднялось над горизонтом и утро не вступило в свои права, люди не двинулись с мест, не проронили ни слова. Первым заговорил верзила.
– Мы получили свободу без боя, – сказал он, почесав затылок. – Сдается мне, что градоправитель знал о тайне, связанной с этим местом, иначе бы не вел себя так неосмотрительно.
– Возможно, – поддакнули ему факельщики.
– Надеюсь, скоро все объясниться, – сказал верзила. – Градоправитель обещал приехать на рассвете.
– Едут! – закричали сразу несколько человек.
Большая золоченая карета остановилась на пригорке. Из нее вышел градоправитель. Его лицо озарила улыбка. Он пошел к озеру, зачерпнул холодной прозрачной воды, умыл лицо, воскликнул:
– Свершилось! Все произошло так, как было предсказано.
– Кем? – спросил верзила, не сводивший глаз с градоправителя.
Верного слугу удивило странное превращение, произошедшее с господином. Он пытался понять, почему из злобного человека градоправитель превратился в добряка. Почему он улыбается такой светлой, искренней улыбкой?