Лайла хрипела от удовольствия, смешивая эти звуки с всхипываниями, и громкие непристойные хлопки разносились по квартире, когда он ускорился, ощутив внутри нее заметную влажность. Бросив нож на стол, мужчина ухватился за ребро столешницы руками рядом с маленькими ладошками Лайлы и, целуя кожу ее шеи, путаясь в ее длинных русых волосах, он с приглушенными стонами приближался к разрядке. Зная, что она не успеет, если не помочь, он прижал ладонь к низу ее живота, помогая пальцами, и вскоре девушка задрожала, все интенсивнее сжимая собой его член, а после и вовсе упала на стол, сметая рукой парочку чашек, и кончила, безастановочно дрожа. Он ухватил ее за талию, отрывая от стола, и, чуть согнув ноги в коленях - разница в их росте принуждала его выкладываться во время секса по полной программе - принялся врезаться в девушку так, что та обмякла в его руках. Сдавленно вскрикивая от резких толчков, Лайла наконец почувствовала как мужчина напрягся и, выйдя из нее, с шумным выдохом кончил. Теплая жидкость брызнула на ягодицу. Он держал ее до тех пор, пока сама Лайла не почувствовала, что хочет сесть на пол. Она сползла вниз, и мужчина, натягивая штаны, проговорил:
- Гарри. Меня зовут Гарри. Этого достаточно?
Лайла медленно подняла на него глаза, не понимая по его лицу абсолютно ничего. Только глаза... Его зеленые глаза смотрели по-другому. Они будто излучали интерес. Мол, и что же ты будешь делать с этой информацией?
Неожиданно хохотнув, что вышло как-то истерично, Лайла подтянула колени к груди и проговорила:
- Я так тебя ненавижу, Гарри.
Молодой мужчина, с прекрасным телосложением, занимательными татуировками и простым английским именем Гарри, стоял над ней, сунув руки в карманы брюк, и жесткие черты его такого правильного лица излучали безразличие. Однако ж уголки губ подрагивали, как если бы он хотел широко улыбнуться. Лайла все смотрела и смотрела на него.
«Он наказал меня? Наказал этим?».
- Гарри, - тихо позвала она, чтобы спросить об этом, - ты...
- Опять льет, - перебил ее Гарри, глядя в окно. - Эта осень в Бруклине выдалась такой дождливой, - малахитовые глаза сверкнули в сторону Лайлы, - но нас это не обеспокоит, не так ли?
И правда, это последнее, что волновало Хоффман. На дождь и эту осень ей было абсолютно плевать.
Конец