— Только поскорей, а то это становится утомительным.
— Ты еще об этом пожалеешь, — прошипела Крюгерша.
— Милая Нора, идите на хер.
ДО
Мор раздобыл мне беретту. Учитывая паутину полезных знакомств, которой он опутал город, это не представляло особого труда.
С отяжелевшим карманом я пустился в плаванье по улицам под проливным дождем. Все было липкое и ледяное. Нежить на фасадах дружно разевала пасти, захлебываясь влагой. Двор, подворотня, снова двор, целая череда дворов, осклизлых каменных капканов, расставленных на моем пути. Меня несло куда-то вместе с бурливыми массами воды. Я то выныривал на свет, то погружался в темень. С крыш лило. Подворотни превратились в черные воронки. Внешний мир скользил мимо меня смазанным световым потоком, словно на снимке с длинной выдержкой.
ПОСЛЕ
— Так ты не знаешь, где Алина? — спросил Вирский.
— Приехал какой-то тип на черном «мельмоте» и увез ее, — Фикса меланхолично смахивал со стойки сор.
— Один?
— Один. Мешковатый такой, с сигарой. Куда увез, не знаю.
— Известно куда, — фыркнула мама Клара. — Все они одинаковые, эти вертихвостки.
— А эта еще и с прибабахом, — хихикнул Фикса.
— С хахалем уехала, — презрительно раздула ноздри мама Клара.
— Далась она тебе, — подпрягся Фикса.
— Она спасает меня от смерти, подступающей со всех сторон, — сказал Вирский.
— Это вы про Ашер? — вмешался дородный, вислоусый человек в цивильном, опрокидывая в себя порцию «черненького». — Как она выбешивает нашего инспектора!
— Она выбешивает всех и каждого. — Мама Клара грузно навалилась локтями на стойку. — Злобная босота.
— Где Ашер, там всегда движуха, — сказал подошедший к стойке речник.
— И неприятности, — присовокупил Фикса.
— Если появится, — Вирский двинулся к выходу, — передайте, что я ее искал.
— Передадим, — пообещала мама Клара.
Алина появилась несколько минут спустя и привалилась спиной к двери, в которую ломился ливень. Вода рваными клочьями висела над домами. Булыжную мостовую омывал бурливый селевый поток.
— Отойди от двери! — гаркнула мама Клара. — Не путайся под ногами.
Алина подошла к стойке, приглаживая мокрые волосы. Мама Клара сверлила ее неприязненным взглядом:
— Накаталась?
— Я не каталась.
— А что это за тип на «мельмоте»? — поинтересовался Фикса.
— Отвез меня к отцу, — Алина тарабанила пальцами по стойке, глядя на собственную руку с безразличием, как на посторонний предмет.
— Не вышло разговора по душам?
— Для него нет, и не было никакой проблемы. А то, что для меня на протяжении всех этих лет проблема была, только свидетельствует о моей пошлости.
— Любить тебя не за что, — поджала губы мама Клара.
— Знаю.
Фикса сражался с радиоприемником, как безоружный с рыцарем в доспехах: тот скрежетал и лязгал, исторгая звуки литого неподатливого металла. Прорезавшееся сквозь скрежет инопланетное соло слилось с неразличимым комом голосов — и ухнуло в небытие, в радиояму с шумами и потрескиваниями.
— Он все-таки твой отец, — оторвался от радио Фикса.
— Отец мой спит на дне морском.
Алина спустилась в подвальное помещение с туалетами и телефоном; вернулась, застегивая куртку, и положила на стойку аккуратно сложенную черную рубашку.
— Передашь Вирскому?
— Что это? — недовольно поморщился Фикса.
— Волшебные латы, — Алина разгладила складки на рубашке. — Я перед ним виновата. Я сделала ему много гадостей.
— Ладно, давай, — смилостивился Фикса.
Алина задержала ладони на черной ткани — и резко отодвинула сверток.
ДО
В очередном колодце я остановился, внезапно осознав бессмысленность движения.
ПОСЛЕ
Речной трамвай бесшумно пробирался под низко стелющимися мостами с кружевом перил и чугунной живностью, хранящей свои неизреченные тайны. Светились бледные соцветья фонарей. Безлюдье, гулкие просторы и плеск воды в отзывчивой предрассветной тишине. Алина стояла на носу, глядя на черную воду за бортом. Впереди, в сероватой дымке, забрезжил мост и одинокий силуэт на нем. Кто-то стоял спиной к воде, облокотившись на перила. Алина вцепилась в поручни и подалась вперед. Небо на востоке просветлело, линии стали четче, тени — насыщенней. Ослепли фонари по обе стороны канала. Мост вырос и приблизился. Когда до арки оставалось совсем немного, Вирский оглянулся и посмотрел вниз, Алина запрокинула голову, взгляды их встретились, а в следующий миг трамвай нырнул под мост.