…Телега резко подпрыгнула, наехав на кочку . Лесная дорога заметно сузилась. Лапы елей уже цеплялись за борта телеги, как руки вурдалаков. Дораш невозмутимо курил свою вонючую самокрутку.
— Места здесь гиблые, всякое водится… - Неожиданно проговорил он.
Я непроизвольно оглянулся. Если и была здесь раньше лесная нежить, то никуда она не делась, так и живёт себе среди топких болот и в густых, непроходимых чащобах…
— Здесь много чего можно увидеть! — Как будто прочитав мои мысли, произнес Дораш. — Крестик-то не снимай!
Я непроизвольно нащупал висящий на цепочке под одеждой серебряный крестик.
Телега дребезжала на кочках и выступающих из земли корнях.
Наконец, мы выехали на край довольно большой поляны. На ее краю стоял Большой одноэтажный деревянный дом, окруженный когда - то металлической оградой. Сейчас от времени она покосилась и местами упала. Было видно, что поместью не хватает хозяйской руки. Оттуда потянуло дымком, смешанным с запахом застоявшейся воды.
- Ну вот и приехали. Это поместье Рузского. Нехорошее место, кругом на верст сорок одни болота. – Дораж перекрестился. – Прощевай барин, может, когда и свидимся.
Я достал деньги, что бы расплатиться с возницей, но Дораш отрицательно помотал головой, быстро развернул повозку и телега, прыгая на кочках, скрылась в лесу. Через минуту до меня донеслось жалобное ржание лошади.
…На следующее утро Серж прислал Лизе огромный букет красных роз. И она не устояла – снова провела ночь в его объятиях.
Порочная связь затягивала. Почти все вечера Лиза проводила с любовником, практически всегда оставаясь у него на ночь. В какой -то момент она поняла, что это не любовь. Лиза была уверена, что не променяет мужа на любовника. Каждый раз садясь в присланную за ней карету Лиза, убеждала себя, что это в последний раз. Но поделать с собой ничего не могла и приезжала к любовнику снова и снова.
- Что у тебя может быть общего с этим старьевщиком? – Целуя молодую женщину, вопрошал Серж. – Это человек не нашего круга! Жизнь с ним порочит тебя и твою семью. Не забывай, ты урожденная княжна Вяземская!
Оставайся со мной и я брошу к твоим ногам весь мир. Ты снова станешь тем, кем должна быть по праву!
Страсть кружила голову и Лизе совсем не хотелось говорить, она лишь крепче прижимала к груди голову любовника, отдаваясь ему всем телом и душой, внимая его ласкам.…
Прошла неделя, а от Павла не было никаких вестей. Не смотря на любовные приключения, у Лизы в сердце поселилась тревога.
А Серж становился все настойчивей. Он уже стал ревновать Лизу к собственному мужу. Да еще Владимир подливал масла в огонь.
- Ну чего тебе надо? Отличная партия. Богатый, умный. Дворянин! – Бросай своего мизерабля и займи снова свое место в обществе. - Настойчиво убеждал он свою сестру. - Забирай его деньги и переезжай к Сержу.
- Но это не прилично, Павел мой муж! – Слабо сопротивлялась Лиза, понимая умом , что в предложении брата есть рациональное зерно. Тем более Серж такой милый!
Но когда любовник подарил Лизе золотое колье с брильянтами, она дрогнула. С помощью брата Лиза вскрыла сейф, стоящий в кабинете мужа забрала всю наличность и банковские облигации на предъявителя почти на пять тысяч. Собрала свои вещи и переехала к Сержу.
С момента отъезда Павла не прошло и недели…
…Взяв саквояж в левую руку и, не выпуская трости из правой, я направился к чудом уцелевшей браме, по мере приближения более внимательно рассматривая барский дом.
Обычный большой дом, постепенно с десятилетиями обрел черты типичного особняка, характерного для Северо-Западного края. Одноэтажный, с островерхой крышей и мансардой с заколоченным окном, красивой резной дубовой дверью и кованными железными фонарями, висящими по обеим сторонам от парадного входа. Над самим входом нависал портик, поддерживаемый четырьмя колоннами в античном стиле, что придавало самому дому некоторую игривость и легкомыслие.
Но, несмотря на смешение архитектурных стилей, дом внушал ничем не мотивированный страх. Его, на первый взгляд, легкомысленные архитектурные излишества не только не смягчали это впечатление, а наоборот придавали дому необъяснимую мрачность и загадочность.
Мне был незнаком этот архитектурный стиль, присущий этим мрачным болотистым лесам .
Позади дома простирался густой еловый лес, растянувшийся на многие километры. Спереди, вплотную примыкал старый, запущенный парк, в котором когда-то ухоженные плодовые деревья торчали из пожелтевшего бурьяна, раскинув ветви как почерневшие заскорузлые руки.
Фасад особняка был оштукатурен и выкрашен в желто-зеленый цвет, цвет казенщины, скуки и протухшего желтка. Впрочем, от покраски мало что осталось, поскольку штукатурка большей частью отвалилась. Уцелели треугольные фронтоны над окнами, чью ренессансную строгость смягчали облупившиеся гипсовые портики. Высокие узкие стрельчатые окна напоминали о канувших в историю временах и о былом величии тогдашних хозяев...