— Ты на кого?
— Я? На слесаря. А ты?
— Я тоже. Токаря фасонят своими станками, а у нас работа все одно интересней. Возьмешь напильник, как зачнешь чесать. Правда?
— Спрашиваешь!
Мальчики сразу почувствовали друг к другу такое расположение, будто жили на одной улице. Они тут же решили сесть вместе за парту.
Васька Губин сообщил, что сам он из-под Ряжска и в этом году заработал в колхозе шестьдесят два трудодня. Он заработал бы и больше, да лето кончилось.
Капитону стало завидно. Он подумал, что Васька, наверное, задается своими трудоднями, и объявил: зато он каждый день будет ездить в ремесленное на автобусе, а билет стоит тридцать копеек. Однако из дальнейшего выяснилось, что Васька Губин ни разу не видел цветного кино: это успокоило Капитона. Захлебываясь, он тут же стал рассказывать «Сорочинскую ярмарку». Ох, как интересно! Там дядька один ходит в синих штанах, а после одной толстой-толстой тетке ка-ак залепят грязью в нос — вот смешно было! И еще черта показывали.
Но тут уж заспорил Васька Губин. Он не мог стерпеть превосходства нового приятеля и объявил, что «сорочья ярманка» чистая брехня, чертей вовсе нету, а все это выдумки попа римского — им так агитатор в колхозе рассказывал. Капитон обиделся, и мальчики горячо заспорили.
Разнял их звонок.
После уроков ремесленников построили в пары и сперва повели на обед, а оттуда в мастерские. Когда одетые в спецовки ребята вошли в огромный цех с окном во всю стену и увидели блестящие станки, шкивы, сразу прекратились толкотня, говор, а деревенские ребята даже несколько оробели. В цехе стоял ровный гул машин, пахло разогретым металлом, маслом.
Инструктор Першин, румяный, в синем халате, перепоясанном по брюшку, остановился со своей группой слесарей перед длинным верстаком с предохранительной сеткой.
— Ребята, — начал он звонким, совсем молодым голосом, — как вы все знаете, слесарь работает стоя. Следовательно, высота тисков должна соответствовать его росту. Свой инструмент, измерительные приборы слесарь держит вот в этом ящике. Запомните: тиски и напильники в мастерской для вас то же, что парты и книжки в училище: за ними надо хорошо ухаживать. Поняли? Первое условие при работе — не качаться всем корпусом. Движутся только одни ваши руки. Видите, как это делаю я?
Боясь проронить хоть одно слово мастера, Капитон смотрел ему в рот, как в диск громкоговорителя. Едва ребята получили по черной пластинке металла, он не стал терять времени и только был разочарован тем, что для первого раза надо просто учиться опиловке.
По правую его руку стал Васька Губин. Между мальчиками сразу же по немому соглашению возникло соревнование. Каждый старался работать получше, чтобы заслужить похвалу. Ерзая напильником, они ревниво поглядывали на тиски друг друга: верстаки их быстро покрылись блестящей металлической пылью.
По левую руку от Капитона стояла подросток-девушка в халате и ботинках на резиновой подметке. Исподтишка он рассмотрел, что волосы у нее белесые и шелковистые, точно султан кукурузы, а на губах, когда она оглядывается, скользит лукавая улыбка. До поступления в ремесленное Капитон, как и все поселковые ребята, всячески старался подчеркнуть свое презрение к девчонкам. Играть с ними считал унизительным, если приходилось — старался дернуть за косичку, дать подножку. Теперь Капитон точно увидел себя в другом зеркале и подумал, что ведь скоро и он станет парнем. И с каким-то опасливым вниманием покосился на соседку по тискам: так, наверно, ерш приглядывается к рыболовному крючку, спрятанному под приманкой. О том, чтобы самому заговорить с «девчонкой», Капитон, конечно, и не подумал бы, но неожиданно услышал ее смущенный голос:
— Соскочила.
Покосившись, он увидел, что его соседка в одной руке держит напильник с обнаженным острием, похожим на ржавое шило, а в другой — деревяшку с него, и невольно для себя сказал:
— Дайте сюда.
Важно насупясь, он зачем-то внимательно осмотрел напильник. Затем с таким усердием загнал острие в деревянную ручку, что чуть не расколол ее. Гордый этой мелкой услугой, Капитон почувствовал себя совсем мужчиной и молча вернул инструмент девушке.
— Спасибо, — сказала она.
Он словно не заметил. «Пожалуй, довольно путаться с этой девчонкой, а то еще, гляди, навяжется после шабаша, чтоб проводил домой». По старой привычке опасливо оглянулся: не смеются ли ребята? Но все работали, а кто заметил, позавидовали, и Капитон вдруг сказал соседке с запозданием:
— Для меня это ничего: пускай ломается ручка, вы скажите. Может, попилить чего, — то скажите, допомогу.