- Похищаю вас. Я больше не мог терпеть этого общества. Мне хочется, что бы весь мир провалился в тартарары и только мы с вами остались здесь одни. Смотрите какая луна. Ваши губы так притягательны в ее свете , - Николя медленно наклонился к ее лицу, Дела смотрела на него словно завороженная, опьяненная необычайным вечером, шампанским, всеобщим весельем, не отстранилась и …позволила поцеловать себя.
- Мне следовало бы дать вам пощечину, - прошептала она, когда он позволил ей вздохнуть.
- Почему же вы не сделали этого? Ни в прошлый раз… ни теперь, - он самодовольно хмыкнул и опять склонился к ее губам.
- Так и знал, ты любишь меня, - страстно зашептал он, - всегда любила, противилась этому, но ничего не могла с собой поделать. То же происходит и со мной. Ты такой же ядовитый плющ, крепко оплела мое сердце…
Зритель на балконе не разбирал их шепота, но представшая его взору картина была достаточно красноречива, и она почему-то привела его в ярость. Дернув рукой, он невольно столкнул стоящий на балюстраде цветочный горшок. Тот упал звонко разбиваясь.
Этот звук, спугнул парочку в саду.
Кто она? Он вновь не смог хорошо разглядеть ее в полумраке сада. Но почему ее образ так взволновал его давно притихшее сердце. За эти годы он повидал множество красавиц, но ни одна из них, так и не пробудила в нем подобных чувств. Почему она так поразительно напоминает ему…но ведь этого не может быть. Он устремился к выходу из галереи в общий зал, желая найти семейство Нечаевых и наконец расставить все точки над и.
- Представьте меня им, немедленно! - скомандовал он.
- Но они только отъехали, - развел руками бургомистр.
– Где ты была? – проскрипела недовольно Ольга Андреевна, когда они уселись в экипаж.
- Простите, мне было нехорошо, закружилась голова, было так душно, я отошла подышать- голос Делы был спокоен, в то время как сердце неистово билось, готовое выпрыгнуть из груди.
- Одна, Боже как неприлично!
Генрих не застав их, однако столкнулся на входе в залу с Николя. Его темные глаза встретились с серыми, полными плескающегося в них удовольствия глазами подполковника. Блаженство во взгляде последнего сменилось злым удивлением при виде графа.
Глава 7
Они стояли друг против друга в просторном холле бургомистра. Вокруг сновали слуги, разносящие напитки и закуски, готовящие к отъезду экипажи. Градоначальник и его дворецкий провожали очередных отъезжающих и встречали вновь прибывших. Кто-то искал кого-то. Звучала музыка и голоса.
Но они смотрели друг на друга так словно никого кроме их двоих здесь нет. Отмерев, Николя насмешливо и развязно поклонился. Генрих холодно и надменно кивнул в ответ.
- Какая встреча, вы…
- Девушка, что была с вами в саду, я видел вас, это…
- Сиятельный граф, опустился до подглядывания…
- Отвечайте!
Зеленея от злости, Николя приложил правую руку к боку, словно в поисках оружия, которого там естественно не было.
- Когда-то вы ясно мне дали понять, что следует держаться подальше от того, что принадлежит вам. Но теперь я, сударь, убедительно прошу вас держаться подальше от того, что принадлежит мне! - процедил он сквозь зубы, сверкая глазами и грозно хмуря брови.
- А теперь простите, мне более нечего вам сказать! - вновь манерно козырнув, подполковник Лисовецкий удалился, бесцеремонно растолкав застывших вокруг наблюдателей их ссоры.
К графу спешил потерявший его слуга.
После прощаний с хозяином и хозяйкой дома, они уселись в карету. Молодой граф был мрачен и тих. Верный дворецкий везде сопровождавший ранее его деда, а теперь его самого не сразу решился спросить, что произошло.
Генрих задумчиво произнес - моя и его реакция, учитывая обстоятельства, более чем странная. Франц, ты не находишь?
- Что именно вам кажется странным?
- Нечаевы. Где-то мне уже встречалась эта фамилия. Мне нужна полная информация об этой семье, всё слышишь, абсолютно всё.
Дом семейства, которым не на шутку заинтересовался граф, тем временем погружался в сон. Только в спальне у Делы горел слабый огонек. Она легла в кровать, но не смогла заснуть, вновь встала и зашагала взад-вперед по комнате. Скрип старого паркета под ногами смешивался с ее беспокойными, казалось слишком громкими мыслями. Что-то невероятное, нарушившее ее размеренную жизнь, произошло в этот вечер. Что-то над чем она стремительно теряла контроль. Это пугало и будоражило одновременно.
Стук камушка в окно, прервал ее размышления. Вздрогнув, она решила было что ослышалась, но за первым последовал и второй. Осторожно, отодвинув занавеску она выглянула наружу. Среди теряющих листву деревьев сада виднелся белый праздничный мундир.