В последующие дни в доме Нечаевых так и не наступило успокоение. Обстановка в доме, портилась день ото дня.
Софи, сталкиваясь с Делой, не говорила ей более ни слова, лишь испепеляла переполненным ненавистью взглядом. Однако, не чувствуя от этого удовлетворения, удумала еще большую месть – обвинив разлучницу в краже драгоценностей. Ольга Андреевна вдруг увидевшая в этом наилучший выход, всецело поддержала дочь. Растерянную невероятностью всего происходящего, Делу наградили оплеухой, набором обвинений в черной неблагодарности и передали в справедливые руки полиции.
Глава 9
Граф Кальтенберг занимался физическими упражнениями в просторном зимнем саду, когда, специально нанятые люди, пришли к нему с докладом о произошедшем в доме Нечаевых.
После их ухода, он погрузился в размышления и с задумчивым видом начал мерять шагами садовые дорожки.
Оранжерея в особняке была заведенна давно, и Генрих регулярно присылал сюда диковинные растения из дальних стран во время своих путешествий. Те из них, которые прижились, хранили теперь для него воспоминания о тех днях и местах, где ему довелось побывать.
Он объездил не один континент, в попытке забыться и унять сердечные муки сменой городов, людей, впечатлений, новых знаний.
Ему казалось, что его сердце давно перестало чувствовать, сделалось таким же невозмутимым, как и его лицо.
Но Делла, которую он сначала увидел в доме Нечаевых а теперь и в полицейском управлении, поникшая и сломленная, все же, вызывала в нем определенные эмоции. Она была похожа на один из привезённых им цветков, чужеродный этому миру, исторгнутый из своего чьей-то злой волей.
После недолгих переговоров с главным полицмейстером, ей объявили, что благодаря поручительству Его Сиятельства, она теперь всецело свободна. Он уверил их, что Нечаевы сегодня же заберут свое заявление. А сомневаться в словах Его Сиятельства, у них нет ни единого повода.
- Благодарю вас! - тихо произнесла она, не глядя на Генриха.
Они стояли во дворике полицейского управления перед личным экипажем графа.
- Садитесь. Вас отвезут домой.
- Нет! Я не могу поехать туда.
- Уверяю вас, подобное больше не повторится. Более того, если желаете они будут просить вас о прощении, - он внимательно смотрел на нее, но голос его был ровен и даже холоден. Его чувства были ей не понятны, но и сил разбираться в этом у Делы совсем не было.
- Это излишне, благодарю вас, но я более не вернусь туда.
- Вам есть куда идти?
- Да, я поеду к брату.
- Хорошо, - Он окликнул возницу. Подав руку, в ничего не значащем жесте обычной вежливости, помог ей взобраться.
-Как же... Вы? - вопросительно оглянулась на него Дела.
- Я возьму извозчика, - кивнул он, прощаясь, и, развернувшись, зашагал прочь, не оборачиваясь.
Миша квартировался недалеко от университета. Комнатка, занимаемая им, была не больше той в которой спала Дела в доме Ивана Сергеевича. Здесь стояла одна кровать, стол, пара стульев и небольшой сундук для белья, зачастую служивший дополнительным сидячим местом, для заглядывающих сюда университетских товарищей.
- Я так устала, Мишенька, - сняв шляпку, Дела улеглась на не слишком опрятную холостяцкую постель, - у меня совсем нет сил.
Она не стала, рассказывать удивленному ее неожиданным приездом брату, о истинных причинах, по которым оказалась здесь, просто сослалась на невозможность и далее терпеть царящую в том доме атмосферу.
Проснулась Дела от звуков тихих голосов и понимания что они с братом более не одни. Раздумывая сколько же она проспала и прислушиваясь к говорящим, она не спешила подниматься.
- Это будет то что надо, говорю я вам…
- Бред, совершеннейшая дерзость, как по мне…безумство.
- Нет, дружок, - Отделить Царя от Бога, потом унизить обоих, - послышался гаденький смешок, - совершеннейшая в своей смелости задача и непременно ведущая к нашей победе!
- Черт ты, а не человек, Ковальский!
Тот, кого назвали Ковальский, вновь неприятно и самодовольно хохотнул.
Дела пошевелилась, голоса притихли.
Она села в кровати, смахивая остатки сна с лица. На нее уставились три пары глаз.
Дела заметив, как неприятно гости Миши смотрят на нее и, помня обрывки услышанного разговора, составила мнение, что эти люди, не имеющие ни к чему уважения, вряд ли хорошая компания брату. Но решила что и с этим разберется позже.
Пока же, поймав ее встревоженный взгляд, Миша поспешил выпроводить визитеров.
Понимая, что сестра не сможет долго выдержать в таких неподобающих девушке условиях и не имея способов решить это, Миша послал за Николаем. Тот явился на следующий же день, чтобы забрать ее отсюда, и разместить в небольшой, снятой по этому случаю для нее квартирке.