Следующим утром нашей крепости завидовали все соседние улицы. И никто не решился на откровенный вандализм, желая причинить ей вред, так что стены советско-зимнего Камелота растаяли вместе с весной.
Снеговики? Тю… снеговики улыбались и подмигивали, торча морковками носов, через двор.
А еще теми зимами у меня было одно постоянно-короткое увлечение.
За домом, у забора, торчала сухая малина, летом превращавшаяся в настоящий клад. И там же, высокая и кустистая, дарила свои зимние сокровища черноплодная рябина. Тугие крупные ягоды полностью поспевали к первым снегам, но добраться до них выходило не так просто. После экспедиции, по сложности сравнимой с покорением полюса, снег приходилось выковыривать даже из колготок. Да, кальсон и термобелья, в отличие от теплых колготок, у меня не случилось. Как и у всех пацанов с улицы, только нас оно не парило.
Раскидывая пласты, выросшие за несколько дней, раскидывая их как ледокол «Красин», я упорно пёр к рябине. Тягучей, вяжущей, сладкой и красящей язык в темное рябине. Отказаться от этого крохотного счастья казалось невозможным, а одежда, на раскаленном металле дедовской трубной системы отопления, высыхала за час.
Моими компаньонами по приключению всегда оказывались они, снегири. Тогда многие любили книги Бианки и красногрудые птахи, по первости пугливо улетавшие, были как иллюстрация к ним. Случись такое сейчас, я точно знаю – где застряла бы на час, не меньше, моя Катя, вооружившись фотоаппаратом. Невозможно было бы удержаться, честное слово.
Снегири привыкали быстро и возвращались, чего-то там по-своему ворча в мою сторону и явно предостерегая от излишней жадности. Не, голодать им не приходилось, как можно голодать в пригороде, с его курятниками, свиньями и просто кормушками, вырезанными в бутылках из-под шампуня теми самыми пенсионерами и всегда полными хлеба с кусочками сала? Наверное, рябина была им как нам витаминки. Ну, либо десерт.
Как бы то ни было, выбор снегирей я уважал и старался не наглеть. Тем более, что много черноплодки, особенно большой и настоявшейся, не съешь. Красногрудые птицы провожали меня в обратный путь и возвращались доедать свою половину.
Так что, увидев снегиря, понимаешь сразу – зима близко. И дело вовсе не в Старках из Винтефелла.
Колхозная жратва
Никогда не понимал вегетарианцев. Глупость какая-то, лишать себя такого удовольствия. И только из-за глупых принципов. Не говоря уже про пользу. Было бы вредно, так не оказалось бы оно во всех, ну практически, кухнях мира. Да, и мне не стыдно признаться в том, что это интересно. Все наши знают про мою любовь к еде. К вкусной еде. К порой не полезной еде. Но вкусной. Но вот не стоит думать, что мен япрет питаться всяким фаст-фудом, как его не назови. Не-не, это не так. А все почему? Да все просто. Мир надо познавать во всех его оттенках. В том числе и в кулинарии.
А какая кухня хороша во всем? Наша? Ну, верно, но кое-чего не хватает. Грузинская, восточная, экзотическая юго-западно-азиатская, великолепная итальянская? Неплохо, но, все же… Эй, я не про японскую, упаси Ктулху. Сами пусть едят осьминогов, сырую рубу и рисовые колобки.
Самая лучшая кухня одна. И она французская. А самый лучший её элемент – народная. Без утиной циррозной печени в фуа-гра, без уток в карамельном соусе или там бламанже. Простая, вкусная народная кухня. И ее верх, говядина по-бургундски. Э-э-х… мясом тут пахнет, от каши. Ну да, мясом.
Да какое это мясо? Мясо, дамы и господа, это говядина по-бургундски. Именно так.
Что для него нужно? Не так и много, на самом деле. Главное – время и желание. А продукты всегда можно просто купить. А дальше слово «просто» на некоторое время просто забудьте. Для первого раза. Да и для второго тоже. Если на третий не получится, то это не ваше. Сходите в ресторан, не мучьте себя и окружающих.
Говядина. Хорошая, не особо старая говядина. И, оптимально, кострец. Не, филейка или оковалок тоже сойдет, но лучше кострец. Грудинка… ну, конечно свиная, какая еще-то? Чтобы с салом на половину куска и даже со шкуркой. Не кривите носы, не попробовав. Морква, лук, чеснок, соль с перцем и тимьян. Лучше посвежее, веточками. И, оно очень важно, вино. На всякий случай – сухое вино. И никакое другое. И вот не надо про мажор-бла-бла-бла. Это не мной придумано, а нормальными позднесредневековыми крестьянами из Бургундии. Ну, кто виноват, что у них там любое вино – сухое?