Соска-нериалка круче Бабаевского с апельсином. И там и там хозяева мобильников расставляют триггеры, нужные для разговора или переписки. Бабаевский с апельсином намного вежливее звучит, хотя суть одна и та же – неинтересная, отчасти нужная личность, чья единственная роль – френдзона, даже если френдзона переходит в зону глубокой депиляции бикини, охи-ахи, горячую ланфрен-ланфра-лантатита и всё такое.
Соска-нериалка, к слову, возможно куда круче Бабаевского с апельсином. Соска-нериалка родилась под пальцами с длинными грязными ногтями, под модно выращенной чёлкой, вместо химической пушистости тупо висящей сальными сосулями и может быть единственной женщиной хозяина убитых кроссов, бывших чистыми только на полке магазина.
К индивиду, переписывающемуся утром с соской-нериалкой-ванлав, правильно применить модное понятие «чушпан». Но это моветон, а алгоритмы соцсетей так и так увидят упоминание втюханного продукта массмедиа. К индивиду, переписывающемуся утром с соской-нериалкой-ванлав, куда больше подходит «чмошник», производное от человека, морально опущенного. Ну, а как, если приглядеться к длине ногтей, до появления нарощенной женской красоты весьма подходящей для нанесения на такие ногти лака?
Поворчали вместе со мной? Ну и молодчинки, вперёд, строить капитализм, сам себя он точно не возведёт.
Первый снег
Снеговая лопата штука простая - бери, да кидай, бери больше, кидай дальше, отдыхай - пока летит. К чему оно? Все, как водится, просто.
За окном тихо летит снежок. Не снег крупными хлопьями, а снежок.
Первый раз за полторы недели у нас падает снег. Закрывает пыль, убирает пустой холод. Зимы у нас снежные, может, этой снова наедимся снега до отвала, может - не особо. Декабрь 2007 был такой же, снег повалил на сам Новый Год, как сейчас помню.
Снег завораживает, падая. Он полетел еще ночью, кружась у фонарей. Начал таять почти тогда же и совершенно неизвестно - ляжет ли легкий снежок хотя бы ненадолго. Снежок любят убивать коммунальщики, разбрасывая химию, все чаще заменяющую песок. Против снега с наледью, как ни странно, у них в запасе почти ничего не остается, ни химикатов, ни людей, ни машин. Ну, вы знаете.
Зима без снега для меня странная и неправильная. Это понятно, если с детства зимой должны лежать сугробы, висеть сосульки, а металл прилеплять к себе языки. Зима щиплет морозом, раскрашивает щеки в красное, добавляет проблем носящим очки и радует лыжников, любителей доски, коньков и охоты. Зима, так-то, отличное время года, особенно если правильно обут-одет.
В 92-ом, последний раз надев зимой кроличью ушанку и драповое пальто с поддельно-меховым воротником, пошел себе в школу. Какого ляда, чувствуя позванивающие уши, не развязал шнурки шапки? Поди пойми всю дурость себя в пубертате.
Где-то на полдороге левое ухо звонко щелкнуло, но я тогда ничего не понял. В школе, по встречающим смешкам, допёр - чего-то не так. Но точку поставила Людмила Леонидовна ахнувшая и отправившая к медсестре. Ухо торчало вбок, красное и опухшее. От уроков не освободили, дома пожурили, ухо спало и сменило кожу за неделю .
Причем тут снеговая лопата? Да все просто же, как и говорил - снега тогда были горы. И, на выходных с зимними каникулами, моей обязанностью считалась уборка снега у деда с бабушкой. И, глядя утром на снег, крутящийся под фонарями, вспомнил фонарь у их дома и свою легкую злость от обязательного утреннего похода с лопатой. Дурак был, что и сказать. Это ж снег, его убрать во дворе и чуть на улице - плевое дело. Главное тут - было бы у кого и для кого, не только для себя. А так... только воспоминания да фотографии. И ни одной с лопатой и сугробами.
Летящее золото
За окном летят крупинки золота. Неожиданный снег осенью. А такой ли уж и неожиданный? В свете постоянных и обязательно страшных пророчеств о конце света - нормально. Никого не удивишь. Морозцем со сверкающими снежинками. Так же, как и дождём в январе.
Радио странноватое, тут загадочный и волшебный голос Бутусова с его «Тутанхамоном». Хорошее утро, спокойное и доброе. Все на месте, все работают. За окном медленно несёт, из века в век, свои зеленовато-синие волны Великая река. И пусть Ангара длиннее, Обь шире, Иртыш более интересен, а Амур романтичен и сед. Моя река, которую видно из окон – самая любимая. Если забраться в Жигули летом, подальше, и чуть расслабиться, то можно услышать, как идёт вниз по ней ватага Степана. Или как проплывает струг Петра, галера Екатерины, первый пароход с колесом на корме. Мда…
Слева сидит Маша. Она строгая и вся из себя деловая. Серый брючный костюм, отглаженные уголки воротника белой рубашки, длинные волосы собраны во французскую косичку. Всегда аккуратный маникюр и чуть нахмуренные брови. В ней самое главное – это глаза. Огромные ореховые и всегда веселые.