Где-то после нее и до следующей, через километр, лень начинает просыпаться снова. Она просыпается с мокрой, в первый раз, футболкой. Не на спине, на груди. Иногда кажется, что стоишь под душем. Ну, что поделать, такое у нас вот утро, только солнце вылезло, а уже жарит вовсю. Так что и умывайся, раз с тебя так и бежит.
Женщины не любят потных мужиков. Они любят потных красивых мужиков и настоящих спортсменов. Даже не любящая футбол женщина все равно с удовольствием бы сфотографировалась с Роналду на утренней пробежке, даже если он был бы мокрым насквозь. А ты не Роналду, так что просто педаль и не обращай внимания на несколько сморщившихся личностей по дороге. Ну, морщатся, и чего? Русские мужики вообще, через одного, отвратительные, вонючие и все такое, так что не переживай, работай ногами.
Вторая колонка неожиданно оказывается очень вовремя, потому как поллитра с непривычки очень мало. И, незаметно, стоя у нее выпиваешь еще бутылку, набираешь и катишься дальше. Тут даже можно отдохнуть, тут есть спуск, ведущий к Московскому по Революционной.
Справа, вместо вонючего рынка, торчат крыши и колонны двух небольших футбольных полей, за ними МакДак и велодорожка. Вот где-то тут уже ощущаешь себя человеком, думаешь, что не катишься, а прямо крылья за спиной и чешешь дальше. Лень? Какая такая лень?
А самая обычная. Ненавижу ехать домой на подъем. Да я лучше три, четыре, пять раз по дороге вверх попедалю, чем домой. Спасибо Самаре, у нас такое запросто. А домой, по Антошке, надо лететь и наслаждаться. И не забывать следить за временем. Потому как с утра женщинам можно сладкое, а еще они любят кофе. А сам по себе он не сварится.
В общем, отличное вышло утро. Шесть лет назад.
Сменилось многое. Нет сигарет. Вес получше.
Живём чуть дальше. Велик теперь сына.
А я… А я хожу, 15-20 кэмэ, отлично.
Так что – хорошее было утро со стрижами.
И вас всех с ним же, с добрым прекрасным утром.
Смаковать время
Глупо, казалось бы, пробовать время на вкус. Но так и есть, если не выёживаться и правильно открыть воспоминания. Не в смысле, мол, они разложены по папкам типа Винды, это бы отдавало душевным расстройством, а тупо вспомнить нужное насчёт вкусов года.
Они есть, да-да, точно вам говорю.
Когда за окном снег, ветер, метель и морозец, романтичные натуры, и, конечно же, девушки, любят глинтвейн. Фрицевская придумка давно стала общемировой, точно их же претцели, штрудели и, конечно же, сосиски. Даже если без капусты.
Глинтвейн даже звучит тепло и ощутимо красиво, перекатываясь на языке подогретым вином, жжёным сахаром, лимоном, корицей, опционально – ванилью и прочими мелочами, зависящими от региональной принадлежности именно вашего любимого рецепта.
Мне зима отдаёт чуть иначе – крепким сладким чаем, свежим хлебом и круто солёным салом, желательно с мясной полоской. И, конечно, с чесноком, сало без оного сущая ересь.
До слёз пестую надежду о чьей-то такой же любви к такому просто-прекрасному вкусу зимы.
Весна наших краёв, казалось бы, это то самое:
- Шашлыком пахнет…
И хотя тут в первую очередь растопка, угли и даже немного раскалённого металла, но всё верно. Весна густо пахнет природой, расконсервированными дачами, пикниками за городом, репеллентом от радостно дождавших клещей с гнусом, мясом в томатном маринаде, мясом в смесях из «Магнита» по дороге, мясом с соевым соусом, мясом с ткемали, мясом с кетчупом, мясом с мазиком, мазиком с кетчунезом и, конечно же, православным мясом в уксусе с луком да перцем made in USSR. И, немножко, шашлычок под коньячок вкусно очень. А также под прочее крепкое, кьянти с рислингом, сладковатые пузырьки шмурдяка из кочерыжек типа Боско, лимонад для детей и, само собой, много, ещё больше, совершенно невообразимый литраж всяко-разно пенного. Верно, дымок и мясо – вкус весны. Но!
Настоящий вкус весны, вот ведь, это куличи и крашеные яйца Пасхи. Угу.
Настоящее разнообразие вкусов времени у осени. Тут кому чего, но субъективно, и просто отлично, давным-давно заходили под шорох с шелестом золотых, багряных, алых и прочих листьев, отлично заходили под них какао и хот-доги в парках. Не шавуха, горячие собаки. И не датско-французские с огуречно-луковым маринадом, а православные, из стального ящика с кипятком, родом из нулевых, с ганноверской сосиской, корейской морковкой, кетчупом с майонезом и пухлой булкой. Ни шиша не романтично, но тепло, лампово, душевно.