— Только не говори, что «в её случае, по обеим причинам сразу».
— Да, именно это я и хочу сказать. Вместо неё мог учиться кто-то стоящий, кому это действительно нужно, а вместо этого взяли непроходимую дуру, которая пускает слюни на парту и не может даже один круг по стадиону пробежать.
«Никчёмная», — хотел добавить Феликс, но он много раз уже называл так Боннет. Не было смысла повторяться. Фредерик лишь почесал неуверенно затылок и сказал заметно мягче:
— С ней дружит наша староста Нина. Она девчонка умная, из хорошей семьи…
— А ещё Нина социально неадаптированная, скованная и не умеет искать хороших подруг, — Феликс достал тетради и учебник из своего кожаного классического портфеля и педантично положил всё на уголок стола. — Так что соглашусь, что Нина прекрасная девушка, которая просто не подозревает, с кем водится.
— Может, ты и прав. Мы с Ниной дружим, и я ни разу не слышал, чтобы она что-то говорила о Бриджит. Хорошего или плохого.
— Она умница. Когда о человеке нельзя сказать хорошо — лучше промолчи. Наверное, несмотря на дружбу, Нине просто стыдно говорить, что у неё в друзьях вот такое вот существо.
Феликс потёр виски и прикрыл глаза. С самого утра эта Бриджит посещает его голову и буквально преследует. Потом ещё и отец выразил негодование, что его попытки алчного контроля опять провалились. Всё наложилось одно на другое, и не удивительно, что в двадцать лет к нему наведывается мигрень. Фредерик, поняв состояние друга, ничего не сказал и вновь уткнулся взглядом в конспекты, горестно вздыхая из-за предстоящего, никому не нужного проекта.
Староста Нина лёгкой походкой, словно порхая, вошла в аудиторию и поприветствовала своих одногруппников. Феликс кивнул, заинтересованно провожая её взглядом и одновременно подмечая, как Фредерик таращится на неё влюблённым взглядом. У Феликса нет пунктика уводить девушку у друга, насколько бы красивой она ни была. А Нина действительно была красива и подходила Феликсу, но что-то его отталкивало: то ли осознание, что лучший друг жить без неё не может, то ли Нина казалась ему слишком идеальной, а потому скучноватой, тем более в наше-то время. А может потому, что как бы он себя ни любил, но второго такого же идеального человека он не вытерпит.
— Здравствуйте, мальчики, — девушка кивнула головой и села впереди парней.
— Здравствуй. Ты как всегда прекрасно выглядишь, — Фредерик аж распетушился, гордо выпячивая грудь. Всё это настолько смешно выглядело, что Феликс не удержался от тихого смешка.
Щёки Нины покрылись румянцем. Она заинтересованно взглянула на счастливого парня и отвернулась, готовясь к первой паре.
— Ты и правда восхитительно выглядишь, — подтвердил слова друга Феликс. — Хотя каждый день ты выглядишь по-особенному.
— Спасибо. Ваши комплименты тоже становятся особеннее с каждым днём, — Нина улыбнулась, заправляя белокурый локон за розовое от смущения ушко. — Сегодня погода не очень приятная. Возможно, будет ливень, а я должна помочь Бриджит с одним проектом на улице, так что эта красота ненадолго.
— А Бриджит не может самостоятельно готовиться к своему проекту? — фыркнул Феликс. — Извини меня конечно, но мне кажется, что ты не обязана везде и всюду помогать ей.
— Мы же подруги.
— Дружба не должна тянуть тебя вниз из-за собственных правил и принципов, пусть даже ты привязалась к этой Боннет.
Феликс с отвращением вспомнил, как Бриджит постоянно умоляла Нину сделать за неё домашнюю работу или прикрыть её во время пар, пока сама Боннет где-то развлекалась. Это казалось настолько мерзким, что парень невольно вспоминал умоляющий вид матери Бриджит на поступлении. Старания этой несчастной женщины пошли насмарку, ведь неблагодарная дочь только всё портила. После этих воспоминаний к образу мамы Боннет прибавился и образ его давно почившей матери. Такие люди, как Бриджит, не ценят того, что имеют. А она имеет гораздо больше, чем Феликс. По мнению самого Феликса, естественно.
— Никто меня не тянет вниз, — нахмурилась Нина. — И, прошу, давайте не будем обсуждать мою подругу у неё за спиной. Это невежливо и не подобает воспитанным людям.
Девушка ещё раз осуждающе взглянула на Феликса и тактично молчавшего Фредерика (на самом деле продолжающего пускать слюни на объект своего воздыхания) и отвернулась. Марсо ещё раз удостоверился, что их дружеские отношения с этой двоечницей не приведут Нину ни к чему хорошему.
«Типичный пример абьюза: одна слишком добрая и безотказная, а другая пользуется этим, играя на её чувствах».
— Да ладно тебе, друг, — Фредерик дружелюбно пихнул Феликса в плечо. — Ты слишком печёшься об этом, лучше будь спокойнее, иначе нервов не хватит.