Так, он без ведома Августа, помимо имперской стражи послал в Норрен своих личных слуг, и Зияда в том числе, чтобы они могли тайно и ненавязчиво следить за императрицей и в случае чего доносить ему о каждом её шаге. Сама Юлия об этом, естественно, не знала, и так было даже проще.
Зияд вошёл в богатые покои Сильвестра. Как и во всём дворце, в комнатах стоял густой, немного терпкий аромат ладана, мирры, шафрана. Тяжёлые шторы спускались на пол широкими парчовыми складками. Мягкие узорчатые ковры заглушали шаги, солнечные лучи отражались и рассыпались радугой в многочисленных украшениях и безделушках из хрусталя и цветного стекла. Асикрит сидел за столом в повседневном наряде, который, впрочем, почти не отличался богатством и роскошью от праздничного: длинная белоснежная туника, подхваченная на плече золотым зажимом, тёмно-фиолетовый плащ, вышитый золотом по всей длине, мягкие атласные туфли со слегка загнутыми кверху носами.
– Ваша милость, – Зияд почтительно склонился почти до самого пола, дожидаясь позволения говорить. Сильвестр поднял голову, окинул его спокойным, прохладным взглядом.
– Вести о нашей птичке, запертой в золотой клетке? – он усмехнулся одним уголком губ.
– Даже золотая клетка не удержала её от искушения, – Зияд качнул головой, попутно наблюдая за реакцией асикрита. Тот вдруг вскочил, облокотился обеими руками на стол.
– Что?
– Кажется, светлейшая госпожа не может долго хранить супружескую верность, – прищурился старший слуга. – Клянусь Солнцем и Небом, я видел её в саду с воином из Земель Тумана. И если зрение не обманывает меня, этот человек уже был в наших краях три солнцеворота назад.
Сильвестр нахмурился, задумчиво потёр переносицу.
– Хочешь сказать, что Юлия изменяет Августу?
– Это пока только догадки, господин. Я слышал весь их разговор, и, кажется, светлейшая госпожа совсем не имеет ничего против его общества. В то время как её нарочно отослали подальше от столицы, чтобы она осталась выше всего этого.
Асикрит нервно прошёлся до окна и обратно. На улицах, как и всегда, была толпа людей, из окон дворца хорошо просматривались площадь и рынок. Сильвестру стоило только вспомнить Юлию, как способность здраво мыслить куда-то исчезала. Он не любил её, нет, – это была не любовь, а, скорее, страсть, в которой он не отдавал себе отчёта. Это было единственное, в чём он искренне завидовал императору Августу: он отдал бы все сокровища Сайфада и Империи в целом за то, чтобы Юлия стала его женщиной. Но законы писались давно и с тех пор почти не изменялись, и даже если бы император умер, Юлия должна была бы до конца своей жизни носить траур и не иметь дела ни с кем из мужчин.
– Значит, так, – наконец промолвил он, всё так же хмурясь, – сроку вам даю седмицу. Не спускайте глаз с этого… западного гостя. Найди любой повод, чтобы отстранить его. При первой возможности. Свободен.
Зияд снова поклонился.
– Слушаюсь, мой господин.
Глава 9. Допрос
Едва родная магия Тьмы болезненно шевельнулась где-то в глубине души, а затем потянулась чёрными дымчатыми нитями к рукам, Эйнар понял, что поспать этой ночью точно не удастся. Ивенн вышла из его покоев каких-то полчаса назад, даже следующий колокол ещё не пробил, а с ней уже что-то случилось. Потом под дверь проползли седые клубы тумана, и правитель всё понял. Передал Уилфреду приказ найти Ивенн, где бы она ни была, и помочь ей, а сам, собрав оставшихся людей, направился к Восточной башне: что-то подсказывало ему, что преступник был уже в подземелье.
Тьма надрывно пульсировала во всём его существе, отдаваясь резкой болью в области лба и висков, и он старался незаметно от остальных воинов прикоснуться к голове, чтобы унять боль. Однако через некоторое время, когда они спустились на первый пол замка, она постепенно отступила сама: магия успокаивалась, значит, ситуация разрешилась в благополучную сторону.
Эйнар никогда не отдавал себе отчёта в том, хороша ли эта его способность, или же нет. Магию Тьмы он считал частью себя, думал, что если вдруг лишится её, то просто не сможет выжить – случилось бы ровно то же, если бы он остался без рук. Однако без рук ещё как-то можно приловчиться и справляться. Но невозможно жить с магией Тьмы, не впустив Тьму в своё сердце. А случись это – и она постепенно начнёт завладевать сердцем целиком, и тогда, если она вдруг уйдёт оттуда, то сердце просто остановится.