Тихая возня ребятишек успокаивала взволнованную Петронию. Она чувствовала, что бездействовать нельзя, но пока что у неё не было никакой возможности сделать хоть что-нибудь. Маленькая принцесса ничего не имела против общества её и Кассиана, казалось, они даже смогли найти общий язык. Детям ведь и правда всё равно, кто богат, кто беден, кто знатный господин, а кто – простой торговец, они чувствуют доброту и искренность, не видя блеска монет и золотого великолепия. Ариадна строила башни из камней, хлопала в ладоши, когда получалось, обиженно надувала губки, когда постройка рушилась, но больше не плакала, и это было самым главным.
Дверь в комнату тихонько скрипнула и отворилась. На пороге стоял человек в тёмном хитоне. На бедре у него висел меч, с другой стороны к кожаному поясу был прикреплён изогнутый нож. Он был ещё достаточно молод, но короткие курчавые волосы его были совершенно седыми. Он почтительно поклонился женщине.
– Вы, вероятно, Петрония Эберн?
– Да, господин, – женщина поднялась, оправила юбку, поклонилась в ответ. Смуглое, красивое лицо её слегка побледнело при упоминании её имени.
– Меня зовут Акт Майер, нам нужно поговорить наедине, если вы не возражаете, – он вошёл в комнатку и плотно прикрыл дверь. – Дети нам не помешают, я вижу, они заняты важным делом и отлично поладили?
Петрония кивнула, нервно сцепила руки замком перед собою. Ей вовсе не улыбалось оставаться один на один с совершенно чужим человеком, тем более – мужчиной, которого она впервые видела. Она поправила платок, скрывавший её волосы, следуя рамкам приличия, опустила глаза, чтобы не разглядывать незнакомца. Акт тем временем прошёл к окну, снял с себя ремень с ножнами и кинжалом в знак того, что намерения его полностью мирные.
– Не бойтесь меня, Петрония, – мягко промолвил он. – Я знаком с вашим супругом, он и поручил мне этот разговор. Вероятно, вы уже знаете, что в похищении юной принцессы виновны вовсе не воины лорда Эйнара, а асикрит и его сторонники. Нужно вернуть девочку матери и донести это до императора. Я уверен: всё, что происходит сейчас, происходит за его спиной.
– Но как?
– Это очень хороший вопрос. Люди асикрита, которые якобы ищут девочку, будут искать её где угодно, но не у себя под носом. Если мы просто исчезнем вместе с Ариадной, то подозрение падёт сразу на нас, потому что здесь никого, кроме нас, не было. Вероятность, что нас прикроют слуги, есть, но она слишком мала. Рисковать ни своей, ни вашей головой я не намерен. Но я говорил с теми, кто выше меня, кто ближе к господину асикриту. Поверьте, ни они, ни я не видим смысла в том, что сейчас делается. Мы вернём ребёнка светлейшей госпоже, чего бы нам это ни стоило. С воинами Эйнара нас ничего не связывает, поэтому за их жизнь мы ручаться не можем. Но, думаю, если у госпожи Юлии с ними какие-то связи, – Акт многозначительно приподнял брови, – то она могла бы поговорить с супругом и склонить его к смягчению приговора. Незаслуженного, заметьте, приговора.
– К моему глубочайшему сожалению, я вам в этом не помощница, – вздохнула Петрония, глядя в сторону играющих детей. – Я даже не могу лично вернуть Ариадну домой, потому что светлейшая госпожа не знает меня. Если вы уже заранее обговорили всё с моим мужем, то какая роль в этом была у меня?
– Убедиться, что таинственный ребёнок в доме господина асикрита – это действительно принцесса Ариадна, – отозвался Акт. – Благодарю вас за помощь. Мне пора. Скоро всё уладится.
Петрония согласно кивнула. Он поднял с пола своё оружие, почтительно откланялся и исчез за дверью. Женщина устало уронила голову на руки.
Глава 19. Чужой
Ждать вестей в полном неведении было тяжелее всего. Ритуал не заладился с самого начала, а потом порывом ветра погасило свечи, и Юлия поняла, что боги не настроены на разговор. Ни от кого невозможно было добиться толковых ответов. Юлия металась по покоям, словно загнанная в клетку тигрица, однако ничего не могла с собою поделать. Лекарство, которое оставил накануне Арсений, действовало безотказно, но, к сожалению, достаточно недолго, а увеличивать дозу без позволения лекаря императрица боялась.