Боялась она и того, что девочку могут просто не найти и не вернуть. Уверенность в том, что воины из Земель Тумана никак не связаны со случившимся, уже пришла почти полная, однако нельзя было исключать и того, что в Империи отыщется какой-либо другой преступник, которому была бы необходимость получить власть над правящей семьёй, воздействуя через их дочь. А Ариадна сейчас была неизвестно где, и как её искать – знал один ветер.
Август нарочно отослал её с дочерью из столицы, чтобы они были в безопасности, подальше от народа, взволнованного событиями затянувшейся войны, подальше от Тьмы, которая почти совсем не поддавалась контролю. Однако и здесь, за крепкими, надёжными стенами, было одной оставаться опасно, а отправиться самостоятельно к императору и поговорить с ним наедине не представлялось никакой возможности: люди асикрита надёжно охраняли императрицу, однако Юлия каким-то шестым чувством догадывалась, что это была не охрана, а, скорее, ограничение её свободы. Сильвестр знал, что она – маг, причём достаточно сильный, что люди в Сайфаде и за его пределами любят и ценят её, и поэтому она была досадной помехой для асикрита. О какой же безопасности могла идти речь? Юлия нервно заламывала руки, глядя то на дверь, то в окно, за которым постепенно сгущалась промозглая и мокрая южная ночь. Время, казалось, тянется мучительно медленно.
Неожиданно снаружи послышался тихий шорох, то ли стук, то ли царапанье. Женщина резко обернулась: то ли ей почудилось, то ли и вправду за окном мелькнула и скрылась в темноте чья-то тень...
Осторожно ступая по мягкому ковру, императрица подошла к окну и отворила его. Тут же в лицо дохнуло влажной прохладой зимней ночи.
– Кто здесь?
Шёпот в тишине прозвучал непривычно громко и гулко, как крик в пустой галерее.
– Пустишь?
Она узнала бы этот голос из сотни. Сердце рванулось и прыгнуло куда-то вниз. Она огляделась: все двери были заперты и неусыпно охранялись, а появляться на глазах у прислуги асикрита Альвису сейчас было явно не лучшим решением.
– Только если в окно, – Юлия тихонько усмехнулась и отошла, освобождая ему дорогу. В три приёма Альвис забрался в окно её спальни: подтянулся на руках, перекинул ноги через широкий подоконник, сбросил мокрые и перепачканные сапоги и мягко, бесшумно, по-кошачьи спрыгнул на пол. Юлия метнулась к нему, сжала в объятиях и приникла к его груди. Альвис обнял её. Его рука легла на её затылок, ласково провела по волосам. Императрица сейчас выглядела совсем по-домашнему: без многослойной одежды и звенящих украшений, в простом платье из шёлка винного цвета, в мягких атласных туфельках, без покрова, обыкновенно скрывающего густой чёрный водопад её локонов. Они спускались до самого пояса, словно обнимая высокую, стройную фигурку.
– Прости, что поздно. Хотел увидеть тебя, убедиться, что ты в порядке.
– В любое время, – откликнулась женщина.
Они простояли так ещё довольно долго. Императрица чувствовала, как сердце непривычно быстро бьётся и то и дело норовит нырнуть куда-то вниз. Наконец она подняла взор, посмотрела на воина снизу вверх:
– Наверное, это неправильно... И... так не должно быть, но я всё же скажу, – начала она несмело, теряясь в словах и понимая, что голос предательски дрожит, – спасибо тебе. За всё. За помощь, за доброту и... За те слова. Конечно, я не должна... Но...
– Ни слова больше!
Альвис обхватил её голову ладонями, слегка запрокинул, несколько секунд посмотрел ей в глаза, увидел всю ту бурю, о которой она не смогла или просто не посмела сказать. А потом наклонился и поцеловал – страстно, словно утоляя жажду. И Юлия не отстранилась, даже наоборот, прильнула к нему, задыхаясь в аромате дождя и мяты, ощущая каждую трещинку его тонких, обветренных губ.
Грохот снаружи даже не сразу привлёк их внимание: слишком далеки они были от того, что происходило вокруг. И когда в покои императрицы влетело четверо вооружённых воинов в золотисто-алых одеждах и остроконечных шлемах, Альвис не сразу понял, что происходит. Мягко отстранился от Юлии, огляделся: их уже окружили. Схватив женщину за руку, он оттолкнул её назад и прикрыл собой. Те двое, что стояли спереди, вскинули луки и натянули тетиву.
– Что вы делаете? – испуганно прошептала императрица. – Опустите оружие! Я приказываю опустить оружие!