Эйнар нахмурился, помолчал, посмотрел назад. Толпа понемногу рассеивалась, кто-то таскал снег в вёдрах, пытаясь потушить очаги пожара. К счастью, людей почти не задело, а если и задело, то совсем незначительно.
– Ты прав, – наконец сказал лорд Мансфилд, натягивая перчатки обратно, и взглянул в сторону Ивенн, которая уже понемногу успокаивалась. – Прости меня, малыш. Пойми, иногда я просто ничего не могу с собой поделать.
Девушка только несколько раз кивнула, стирая слёзы обратной стороной ладони. Эйнар хотел было подойти к Уилфреду, чтобы дать ему указания насчёт охраны этой части города, но комендант появился сам: серьёзный, встревоженный и какой-то непривычно взволнованный.
– Всё в порядке? – спросил он без предисловий.
– Да, уже да, – отозвался правитель. – Вам, как и раньше, задание: усилить наблюдение за юго-западной частью города, три раза в седмицу присылать сюда патрули. Скажи своим людям, пускай после каждого раза отчитываются, лучше в письменном виде. Чем быстрее ты выделишь первый отряд, тем лучше для всех нас.
Глава 21. Настоящее обличье
После того, как всё постепенно утихло, Эйнар отдал приказ возвращаться в замок, и как можно скорее. Им с Ивенн ещё предстоял долгий и явно нелёгкий разговор с Астрой. Иттрик даже не стал просить, чтобы он освободил её от этой обязанности: знал, что Эйнар не согласится, да и сама Ивенн отказалась от отдыха, остатки недавно пережитого страха совсем пропали.
По дороге в замок правитель молчал, теребил богато украшенную уздечку своего коня, и ученица долго не решалась нарушить молчание, однако уже у ворот всё-таки поинтересовалась:
– Почему они напали? И почему эта тварь не убила меня сразу?
– А тебе бы этого очень хотелось? – саркастически ответил Эйнар вопросом на вопрос. Ивенн внутренне содрогнулась от неприятного воспоминания.
– Просто спрашиваю, – нахмурилась она.
– Потому что она и не собиралась тебя убивать, – хмыкнул правитель. – Если бы она тебя покусала, из раны выходила бы твоя магия, а вместе с ней – и все силы. Ты бы умерла медленно и постепенно, но своей смертью, а она набралась бы сил от тебя. Догадываешься, что было с теми, кто не успевал убежать от разрывов сразу?
Девушка невольно вздрогнула. Казалось бы, он не расписывал этого в красках, но всё равно стало как-то неприятно и мерзко. Теперь она понимала, почему люди, которых не задела Тьма, умирали долго и мучительно, но никто не видел причин. Правда, некоторых удавалось спасти: если отряды оказывались в месте образовавшегося перехода очень быстро, то у пострадавших были шансы. В таком случае необходимо было восполнить каналы их жизненной энергии, что вполне неплохо получалось у Иттрика, а остальное – присмотр, залечивание ран и прочих повреждений – было заботой Ларсена, который магией не владел.
У дверей покоев правителя стояла вооружённая стража. Судя по тому, что за Эйнаром не послали раньше, ничего сверхъестественного за время его отсутствия не произошло. Алебарды раздвинулись, Эйнар вошёл первым, чтобы убедиться, что и правда всё в порядке, а потом придержал дверь своей ученице. Войдя, Ивенн увидела, что Света, замкнувшегося в серебристый искрящийся круг, стало намного меньше, однако он не исчез совсем, а Астра, словно ярко-рыжий сполох пламени, металась внутри него. На это с холодным и поразительным спокойствием смотрели двое воинов из гарнизона, которые сменили стражу после окончания дежурства тех.
– Милорд, – один из них коротко поклонился, приложив ладонь к груди. – Всё спокойно. Но ваша пленница, кажется, сходит с ума.
– Для неё это вполне естественно, – Эйнар иронически усмехнулся, подошёл к кругу, лёгким движением руки выпустил Свет, и Астра остановилась, связанная невидимыми нитями заклятия.
– Вернулся-таки, – заметила она, чуть заметно поведя плечами, будто от холода. – Намерен мучать меня дальше?
– Мучаю я по-другому, – холодно оборвал её Эйнар, слегка ослабляя кольцо Света. – Пока продолжим наш разговор. Что и кому ты передавала? Я хочу знать, кто действует против нас и какими средствами?
Астра гордо вскинула подбородок и поджала губы. Видя, что она не намерена говорить мирно, Эйнар снова призвал Свет. Из серебристых искрящихся нитей соткалось продолговатое облачко, чем-то отдалённо напоминающее длинный и тонкий хлыст.