Она стояла так довольно долго, прислонившись лбом к прохладному стеклу, дыша свежим весенним воздухом и ощущая ладонью лёгкий холодок. Вокруг звенела тишина, но не тяжкая, не напряжённая, а очень спокойная, будто мёртвая. Скрип двери, нарушивший её, почудился неестественно громким. По гладкому начищенному полу прошелестели шаги, глухое звяканье оружия в ножнах сопровождало их.
– Юлия.
Императрица обернулась. Альвис подошёл к ней почти вплотную и остановился. Он выглядел гораздо более аккуратно, чем день назад, во время восстания, но в каре-зелёных глазах горел тот же негасимый огонь. Воин положил руки на плечи императрице. Она слегка запрокинула голову, глядя на него снизу вверх.
– Твоё прошлое?
Она кивнула в ответ, тихонько вздохнув. Жалко? Пожалуй, нет. Что она здесь любила, что обрела нового и дорогого? Разве что у неё родилась дочь от императора. Ариадна, будущая правительница Империи, а пока – маленькая испуганная девчонка.
– Ты всегда знаешь, где меня искать.
– Мне Лин сказал, – мужчина слегка улыбнулся. – К сожалению и очень вероятно, что в последний раз.
Юлия вскинула на него огромные чёрные глаза с застывшим во взгляде немым вопросом.
– Я пришёл попрощаться, – тихо, почти шёпотом пояснил Альвис. – Не хотел уезжать, не увидев тебя.
Юлия встала на носочки и, не говоря ни слова, обняла его. Он мягко, ласково провёл ладонью по волнам её длинных густых чёрных локонов и почувствовал, что рубаха на плече становится влажной. Отстранил от себя императрицу, обхватил её голову ладонями, чуть запрокинул, внимательно вгляделся в манящую глубину чёрных глаз, наполнившихся слезами.
– Надеюсь, тебе не будет больно. Но мы не пара. Ты – императрица, новая надежда почти угасшего государства, а я – простой воин. Сначала я всерьёз думал предложить тебе стать моей женой, но потом понял, что так ты потеряешь статус императрицы и вдовы императора. Кто примет власть, если не ты?
Юлия тихонько всхлипнула в ответ, но тут же вытерла нечаянные слёзы рукавом. Альвис коснулся губами её лба, успокаивая.
– Знаешь, – задумчиво прошептала Юлия, глядя куда-то в сторону, – поднимаясь во дворец, на последней ступеньке я споткнулась. И меня не покидает такое чувство, что это боги подали мне какой-то знак. Быть может, стремясь уберечь от возможных ошибок...
– Ничего, бывает. Все ошибаются, и хорошо, что ты споткнулась на лестнице, ведущей всего лишь к дверям дворца, а не к дверям власти. Я хотел бы пожелать тебе, чтобы твой путь оказался долгим и освещённым солнцем. Чтобы ни одна путеводная звезда не сбила тебя с дороги, чтобы ни одна буря не сломала, чтобы ветер всегда дул в спину. Я хочу, чтобы ты забыла об этих последних днях, как о дурном сне. Уверен, ты станешь прекрасной правительницей и матерью. Если понадобится помощь, просто дай знать.
– Значит, конец? – растерянно выдохнула императрица, крепче сжимая его руки.
– Только начало, – серьёзно ответил Альвис. – Нам не дано переписывать законы, но мы можем их соблюдать и жить спокойно. Будь счастлива, Юлия. Я очень рад, что судьба свела нас.
Юлия опустила ресницы. По смуглой щеке сползла одна-единственная слезинка, оставив за собой тонкую, неровную мокрую дорожку, и тут же растаяла на губах. Альвис в последний раз привлёк женщину к себе.
– Я тебя никогда не забуду, – прошептала она куда-то ему в грудь, тихонько всхлипнув.
– Я тебя тоже. И... поцелуй Ариадну за меня.
Альвис улыбнулся, но улыбка получилась печальной. Юлия сцепила руки замком перед собою, отстранившись. А он поправил меч в ножнах, затянул шнуровку на рубахе и быстрым шагом вышел из тронного зала. Дверь захлопнулась, и глухой стук эхом прокатился под высокими каменными сводами.
Императрица долго ещё стояла, приникнув к окну и задумчиво следя за небольшим отрядом людей в чёрном, удаляющимся с главной площади Сайфада. Уже у поворота один из всадников на мгновение задержался, обернулся, но на таком расстоянии ничего нельзя было увидеть. Сглотнув невольно подступившие слёзы, Юлия пошла к себе.