– Я понимаю, – вздохнула Сигрид, прижавшись щекой к плечу мужа. – Ты только пиши, ладно? И передай привет от меня Ивенн, хорошо?
– Конечно, милая, – рассмеялся Ярико и открыл калитку, пропуская вперёд своих девочек.
В далёком Вендане, куда ему предстояла дорога, всё было по-прежнему. Первым делом после долгого пути отряд пришёл с докладом к лорду Эйнару и леди Дане, но правитель отпустил гостей отдохнуть до вечера, пообещав продолжить незавершённый разговор после шестого колокола. Ярико прошёлся по замку, по знакомым лестницам и галереям, спустился на первый пол, дошёл до дальней галереи возле гарнизона, где располагался лазарет.
Старик Ларсен поднялся ему навстречу, слегка кивнул в знак приветствия, по-отечески похлопал его по плечу. В лазарете почти ничего не изменилось, только всё вокруг слегка запылилось, пополнились ряды огромных книг на полках, а дверь, ведущая во вторую горницу с краю, была заперта, и, похоже, давно.
– А где... – Ярико слегка нахмурился, обернувшись и убедившись, что дверь точно закрыта.
– Иттрик? – понял дежурный целитель и тут же усмехнулся в густые рыжие усы. – Работает здесь по-прежнему, только сегодня не его черёд. Давно уж женился и перебрался со своими в город. Теперь где-то за площадью живут, точно не знаю.
– Со своими? – переспросил Ярико.
– С женой и сынишкой, – пояснил Ларс. – Обручились они с Ивенн сразу после войны...
Ярико понял, что невольно улыбается. Вот как, оказывается, время летит... Жизнь его друзей тоже сложилась. Увидеться бы хоть ненадолго! Вспомнив, что лорд Эйнар дал им время до вечернего колокола, он решил прогуляться по городу и всё-таки поискать, куда перебрались из замка Ивенн и Иттрик. Бродить ему долго не пришлось: целителя в городе знали и уважали, и кто-то из жителей почти сразу указал ему дорогу: четвёртый дом по Северной улице от въезда на главную площадь города. Найти эту самую главную площадь труда не составило, и Ярико, спешившись у въезда, взял коня под уздцы, отсчитал четыре дома, медленно, не торопясь, направился к калитке и громко постучал.
На его стук дверь дома почти сразу распахнулась, на крылечко выскочил светловолосый мальчуган в серых холщовых штанишках и тёмно-синей свитке с серебристым узором. У ворот звонко залаяла непривязанная собака. Бросив ей хлебную корочку, мальчишка побежал к калитке, но уже у самого забора вдруг обо что-то споткнулся и полетел носом вперёд.
Почти сразу же вслед за ним из дома вышел высокий мужчина с такими же светлыми волосами,слегка вьющимися на концах и собранными в хвост тонкой бечёвкой. Одет он был тоже почти так же: серые холщовые штаны, тёмно-синяя рубаха со шнуровкой на груди, лёгкий плащ с капюшоном, серый шарф, небрежно переброшенный через плечо. Догнать мальчишку отец не успел, подбежал, когда тот уже споткнулся и ревел в голос, сидя на земле и прижимая к расцарапанной щеке перепачканную ладошку.
– Кто там? – послышался негромкий, чуть хрипловатый голос хозяина дома. – Подождите немного!
Мужчина подошёл к мальчишке, опустился рядом с ним, отстранил от его лица грязные ладошки, приложил к ссадине на щеке свою ладонь. На какое-то мгновение в воздухе мелькнул сполох золотистых искр, и царапина на щеке у ребёнка затянулась, оставив только небольшой светлый шрамик. Магия вернулась к целителю спустя несколько лун, когда полностью восстановилась после совершенного опустошения каналов силы, правда, теперь не была способна ни на что, кроме исцеления, да ему и самому большего не требовалось.
– А ну-ка не реви, – Иттрик подхватил сына на руки, вытер рукавом его испачканную щёку. – Ты чего плачешь? Больно?
Мальчишка помотал головой, доверчиво обхватив отца за шею и прижавшись к нему.
– Страшно?
Снова отрицательный ответ.
– Вот видишь, не больно и не страшно. Всё бывает. Не плачь. Ты же у меня сильный и смелый. Да?