– У нас тоже теперь руна есть, – улыбнулся Всемир, до того момента ни слова не сказавший. – В подземелье нашли. И правда голыми руками не возьмешь. В том подземелье нас встретили то ли драконы, то ли собаки… На волков похожи, только черные, а еще хребты на спинах, чешуя и глаза красным светятся. Жуть...
– Это и ладно, не велика беда, ещё вернем клинок, – ответил Ярико задумчиво. – А дело наше пока не кончено, только начинается. Я должен вас кое с кем познакомить. Идёмте.
Они шли долго. Хоть Ярико и выучил практически весь лес, пути-дорожки почти все были одинаковые, и прежде чем привести друзей к домику старого ведуна, они кружили по всему северному лесу. Большую часть пути Ярико молчал: Велена перешёптывалась о чём-то с кузнецом, и тот то смеялся, то согласно кивал, а Славка тоже не говорила ни слова, просто шла за всеми, разглядывая траву под ногами. Прошло довольно много времени, прежде чем она решилась задать вопрос, который мучил её вот уже третий день. Поначалу она даже заикнуться об этом боялась: а вдруг Ярико что-то не так подумает, неверно её поймёт, обидится... Но потом, ненароком вспоминая их случайный поцелуй минувшим вечером, Славка мучительно краснела и понимала, что юноша ответит на любой её вопрос без всяких обид. Говорила себе: вот, мол, дойдём до старой берёзы – и спрошу. Но когда они добирались до той самой старой берёзы в считанные минуты, вся Славкина смелость тут же улетучивалась. Наконец Ярико заметил её волнение, взял её за руку и чуть ускорил шаг. Секретов от Велены у него, разумеется, не было, но он подумал, что Славке может быть неприятно, когда слушают посторонние; иначе бы она не так волновалась.
– Ну, теперь говори, – промолвил он, слегка наклонившись к ней. – Что спросить-то хотела?
– Ханна, та самая девочка, что мне руну отдала... – робко начала Славка, – она просила тебе передать что-то, да не договорила толком, заплакала. А я так и не поняла, что она хотела. Так удивилась, когда я имя твоё назвала...
Ярико задумчиво потёр переносицу. Немало всего случилось, пока он у Ольгерда оружейником служил, и плохого, и хорошего, а как относиться к той девочке с пепельными волосами, он до сих пор ещё не знал. Прежде чем её бросили в то страшное подземелье, она месяц-другой ходила почти на свободе, жила, как сенная девушка, на первом полу в самом тереме. Однако так она на свободу рвалась, особенно первые несколько седмиц своего плена, что готова была ради этого пойти на всё – даже на предательство. И как-то ей удалось подглядеть, что Велена, которую изредка выпускали из сруба на свет, всё вертится возле частокола и маленькой собачьей лазейки. А потом, когда они предприняли первую попытку сбежать, их поймали у этой самой лазейки и отстегали прутьями так, что Велена лежала в горячке, а сам Ярико пару дней провалялся ничком. Светлые рубцы кое-где даже ещё остались, и он втихую порадовался, что Славка их не заметила, пока делала ему перевязки в первую же ночь их знакомства. Или заметила, но спросить побоялась...
После того случая Ханна чувствовала себя виноватой перед ними: не представляла, что её донос столь жестоко обернётся ребятам, и потом ещё несколько дней всё ходила и просила прощения. Ярико не обижался на неё долго: обиды помнить и сам не любил, а то – девчонка глупая, что с неё взять, быть может, и ляпнула не подумав, а потом и сама жалела. Шло время, а оно, как известно, самый лучший лекарь, и однажды Ханна, то краснея, то бледнея и путаясь в словах, созналась Велене под большим секретом, что небезразлично её сердечко девичье к юному оружейнику, но не знает она, простили ли они с сестрой её, что он теперь о ней-то подумает... А Велена, болтушка известная, как-то вечером возьми да расскажи брату. Ярико даже не знал сперва, как ему эту новость принять. Ханна ему не нравилась, он хоть и простил ей предательство, а всё же не доверял и пока не мог дать однозначного ответа. Всю ночь думал, а поутру, когда его в очередной раз из сруба выпустили – отнести князю всё оружие, что он за две минувших седмицы сделать успел, – он заодно и с Ханной поговорил, объяснил все и отказал. А потом она исчезла, и только спустя время Ярико и Велена поняли, что с ней случилось и куда она попала. Там и думать про неё как-то забыли: и без того дел было много, не до неё.