Ярико умолк, перевёл дух. Много говорить он не любил.
– Чему учиться? – переспросила Славка. Как-то уж больно много вопросов за один-то вечер!
– Вот завтрашним утром и узнаешь, – подмигнул старик девушке вместо ответа. – Ступайте спать, внучата. Места у меня тут немного, да что уж, в тесноте, да не в обиде.
Впервые за много дней Славка легла в почти настоящую постель и даже умылась перед сном. И пускай эту постель представляли собою две лавки, сдвинутые вместе и покрытые тёплым одеялом, она с наслаждением вытянула ноги и свесила одну руку с краю. Ярико отчего-то побоялся оставлять её в горнице одну и улёгся прямо тут же, на полу, но ему удалось сразу уснуть, едва его голова коснулась подушки. Славка же ворочалась ещё долго, и из головы всё никак не выходил дедушкин рассказ об отце. Ольгерд...
* * *
Астра поморщилась и сунула осколок стекла за пояс, предварительно обтерев его широким рукавом, точно от какой пыли. Глупые разговоры ни о чём! Девчонка жива! Жрец Перуна оказался тем самым настырным мальчишкой! И как же это она раньше не догадалась! Теперь, когда они все вместе, справиться с ними будет труднее... Куда труднее, чем она могла себе представить. О том, что девчонка всё-таки осталась жива, надо будет князю доложить. Но это позже, решила про себя Астра, тряхнув рыжими кудрями, а сейчас не до них совсем, дело есть.
Вытащив из коротких ножен изогнутый кинжал, Астра полюбовалась на него с минуту, а потом, будто решившись, резко приподняла рукав и, полоснув ледяным лезвием по венам, тонким, чуть заметно проглядывающим сквозь светлую, мертвенно бледную кожу, с силой сжала кулак. Тёмная кровь закапала на землю ей под ноги, и она слегка отступила, продолжая держать руку вытянутой на расстоянии. Там, где она только что стояла, траву посеребрил тонкий слой инея, и на него одна за другой упали несколько капель её крови. Астра скривилась от боли и зажала длинный ровный порез тёмной тканью плаща. На ней тут же расползлось влажное пятно.
Алые капельки крови, словно спелая брусника на снегу, полыхнули багряным лепестком пламени. Покрасовавшись секунду-другую на ветру, он мгновенно свился в кольцо, стал разрастаться, увеличиваться в размерах, и вот уже не колечко, а огромный огненный обруч пламенел перед Астрой. Тьма внутри него ожила, зашевелилась, звучно и протяжно вздохнув, плавно перетекла наружу и преобразовалась в высокую узкоплечую фигуру, покрытую таким же чёрным плащом.
– Повелитель, – Астра почтительно склонилась перед ним, коснувшись груди окровавленной ладонью. – Слава богам, у меня получилось.
– Шестнадцать чёртовых лун я ждал, пока ты соберёшься, – процедил Свартрейн сквозь сжатые зубы и откинул капюшон. Астра медленно осела наземь, опустилась на колени, низко склонила голову. Холодная, жёсткая рука повелителя Тьмы коснулась её мягко очерченного подбородка, чуть приподняла её голову. Рыжие кудри рассыпались по плечам.
– Ну же, встань, – он нетерпеливо оглянулся назад, где за его спиною бушевала настоящая чёрная метель. – Нет времени болтать, а ты валяешься передо мной на коленях, как не наследница, а побитая собака! Кто ты, в конце концов!
– У меня не хватит крови вызывать тебя всякий раз, когда тебе захочется на кого-нибудь прикрикнуть, да и время у нас с тобой ограничено, – прищурилась ведьма. – Говори скорее, знаю ведь, что просил позвать тебя, зачем?
– До твоего перерождения ещё целых пять лун, будешь так медлить – не выдержишь и трёх, – промолвил Свартрейн, сверля наследницу ледяным взглядам. – Славомира куда сильнее тебя. Правда, она об этом пока не знает, – он иронично усмехнулся и провёл ладонью по жёсткой чёрной щетине, – так что у тебя есть время. Гончие Смерти – безобидные щенята по сравнению с теми, кто ждёт своего часа. Дружина твоего князя – ничто по сравнению с ними всеми. Но нам не нужно крови...