– Несправедливо всё это, – прошептала она куда-то ему в грудь. – Если бы не Тьма в его сердце, отец бы и не был таким... Интересно, узнал ли он меня?
– Вряд ли, – таким же шёпотом отмолвил Ярико. – Хотя кто знает...
Глава 16. Подарок
Дни шли за днями, седмицы сменяли друг друга, и так, наконец, незаметно подобралась осень. Сквозь золото листьев протянулись тонкие струны дождя, дни стали короче, ночи – дольше и холоднее. Казалось, что никто из тех, кто искал руны, не торопится, словно и вовсе забыл о них.
Дедушка Любим в короткий срок научил Славку многому из того, что она не умела раньше, и только даром она пока ещё не выучилась пользоваться так хорошо, как самой хотелось бы. Ничего лучше двух или трёх листочков на тоненькой зелёной веточке у неё не выходило: то ли сил не хватало, то ли умения, а только так или иначе, но у неё получалось это плохо, и она досадовала только на саму себя. Вскоре вся горница была засажена крохотными ростками непонятного дерева, и в конце концов дедушка Любим велел выполоть весь сорняк из досок и заниматься этим только на дворе.
В вересень-месяц ночи были ещё не особенно долгие, но уже довольно прохладные. В ясную погоду небо казалось хрустальным, в пасмурную – тёмным, почти чёрным. Славке не спалось. Она лежала на спине, закинув руки за голову, и смотрела в окно, откуда виднелась тёмная каёмка леса и край неба, чёрного, затянутого тучами. Мать рассказывала, что она родилась на рассвете, и отчего-то всю ночь, всякий раз перед восемнадцатым числом в вересень-месяц, Славка не могла уснуть, предчувствуя то хорошее, то недоброе. На сей раз сон просто не шёл к ней. Она чувствовала, что находится не там, где должна бы находиться, прислушивалась к своему сердцу, но не могла понять ответа на вопрос. Осторожно спустив босые ноги с кровати и отыскав на ощупь лапти, Славка на цыпочках подошла к Ярико и тронула его за плечо.
– Спишь?
– А? – он вскинулся спросонья, протёр глаза, увидал Славку и облегчённо вздохнул. – Чего случилось?
– Ты спать очень хочешь? – вместо ответа взволнованный шёпот в темноте, где-то над ухом.
– Да нет, – Ярико с сожалением поглядел на подстеленное одеяло и смятую подушку, но тут же поднялся, одёрнул рубаху, подтянул пояс.
– Пойдём погуляем, – прошептала Славка. – Хочу ещё раз сходить к алтарю.
– Зачем?
Девушка лишь плечами пожала. Чувствовала, что нужно, – и всё на этом. Что-то звало её туда, неотступно манило, и если каким-то часом ранее она не могла понять, куда именно нужно идти, то теперь чётко знала, что этой ночью она должна быть у алтаря.
Они бесшумно выскользнули из дома, только дверь предательски скрипнула, когда они на цыпочках спускались со ступенек покосившегося крыльца. Ночь окутала их мягкими прохладными крыльями, ветер зашелестел в мокрой листве, откуда-то сверху посыпалась за шиворот холодная роса. Славка поёжилась, отыскала в темноте руку Ярико и слегка сжала.
– Ну, пойдём, что ли, – зевнул он и неспешно пошёл по направлению к Загорью. Пантеон богов и сам алтарь должны были быть где-то неподалёку от первой деревеньки.
Они шли долго, больше часа. Мелкий дождь постепенно поутих, только с ветвей деревьев иногда сыпались лёгкие капли. Когда они добрались до тропинки, наверняка выходящей к алтарю, одежда их уже была влажной. Тропинка сузилась до того, что двоим пройти по ней было нелегко, и Ярико, на всякий случай вытащив из-за пояса свой охотничий нож, пошёл первым. Славка улыбнулась:
– Да кто ж теперь-то по лесу ходить станет? Ночью, да в такое ненастье?
– А вот кто, – Ярико вдруг обернулся, указывая рукоятью ножа в сторону пантеона. Там, на плоском камне-алтаре, где когда-то, одну луну назад, должна была оказаться сама Славка, сидел человек. Не сговариваясь, друзья осторожно подошли поближе и спрятались за разными деревьями, благо поляна была старой, а стволы – широкими. Девушка пригляделась. В полумраке практически ничего не было видно, но она смогла разобрать, что в руках у человека что-то светится слабым голубоватым светом. Она даже не задумывалась о том, кто бы это мог быть: ответ пришёл на ум сразу.