– Давай-ка, – он одной рукой придержал Славку за плечи, но вдруг почувствовал, как она напряглась, сжалась.
– Боишься?
Девушка молча кивнула. Ярико придвинулся к ней поближе, снова почувствовал тонкий аромат полевых цветов, влажной травы. Вызвал огонь и вдруг вспомнил о том, что она будет чувствовать его, как настоящее пламя.
– Потерпи, пожалуйста, – прошептал он и поднёс ладонь к связанным рукам Славки.
Нескольких секунд хватило на то, чтобы освободить её. Ярико стряхнул огонь с рук, Славка, до сего момента задержавшая дыхание, отдышалась.
– Спасибо!
– Да брось...
Она снова поглядела вверх. Такие осколочки неба видны, если в лесу лежать на траве и смотреть вверх. Постойте-ка, вдруг пронеслось у неё в голове. В лесу...
– Я знаю, что делать, – Славка обернулась к Ярико, и улыбка тронула её тонкие губы. – Только вот смогу ли...
Глава 17. Черемуха
Ольгерд огляделся, не веря своим глазам. Они ведь только что были здесь... Но возле пантеона богов осталась только Астра. Она стояла напротив него, у алтаря, прислонившись плечом к одному из идолов и небрежно поигрывая изогнутым кинжалом.
Астра стала ночным кошмаром Ольгерда, его собственным призраком прошлого. Он уже почти совсем забыл о том, какова была жизнь в Загорье, пока там правил его отец, многолетними усилиями сумел выбросить из памяти тот страшный набег на полесские земли, но Весну он забыть не мог. Сколько раз он видел во сне её тёмные глаза, глядящие с мягким и ласковым укором, вспоминал её голос, сильные, но нежные руки... Искал в рыжей ведьме её родные черты – и не находил. Порой ему казалось, что Астра совсем не любит его, просто играет в любовь, и в последнее время он всё сильнее убеждался в правоте своих догадок. Астре нужна власть, а то, что они бы остались вместе, подарило бы ей эту самую власть в неограниченном количестве. Проклятие, нависшее над княжеским родом грозовой тучей, не позволяло Ольгерду полюбить. В юности он досадовал на прадеда, который позарился на любовь ведьмы и бессмертие. Да, Белогор сперва получил, что хотел, но потом он понял, что свою партию проиграл, да было уже поздно. Княжеский род присоединился к Детям Тьмы, проклятие Свартрейна навеки отделило их от других людей и – в особенности – от потомков Детей Света. Ольгерд знал, что Весна – дочь хранителя Света, и поэтому, как он понял много позже, на Славке проклятия не было. В ней соединились Свет и Тьма, и только она сама могла решить, на чью сторону встать. Проклятие передалось бы только сыну Ольгерда, и спустя много солнцеворотов он радовался, что всё-таки не стал отцом мальчишки. Только одно желание он хотел загадать в Ночь Серебра; только одно, которое подарило бы ему возможность снять проклятие Тьмы со своей семьи.
– Ну, что же ты медлишь? – проговорила Астра, подходя к князю и продолжая вертеть в руках клинок. – Помнится мне, всего лишь одну луну назад ты был порешительнее.
– Я не буду гоняться за этими рунами дальше, – нахмурился Ольгерд. – Я нашёл то, что искал. У меня есть дочь, супруга. Ты лишила меня всего, я не собираюсь тебя слушаться, как это было. Тем более, что я никак не могу понять, что же всё-таки тебе нужно.
В мгновение ока Астра оказалась возле него. Ольгерд почувствовал, что не может пошевелиться. Одно её прикосновение сковало его, будто ледяной цепью. К незащищённой шее прикоснулась прохладная сталь кинжала.
– Ты мне поклялся, – прошептала Астра, медленно выговаривая каждое слово. – Отчего же теперь ты отступаешь? Неужели эта девчонка перевернула твой мир настолько?
– Она моя дочь, – не менее сурово ответил Ольгерд. – И я не собираюсь быть твоим слугой. В Ночь Серебра я сниму проклятие...
– Ты сделаешь это гораздо раньше, – усмехнулась Астра и отступила на шаг. Тьма окутала Ольгерда с ног до головы, её дымчатый вихрь сузился, сжался кольцами вокруг него. Он начал задыхаться, попытался рвануться в сторону, но кольцо удерживало его на одном месте. Ольгерд судорожно вдохнул, и тут же ноги не удержали его, подломились, и он опустился на колени. Тьма сгущалась вокруг него, он уже не мог дышать, изнутри всё тело пронзило болью, но он сжал зубы, чтобы ни один стон не вырвался из груди его. Проклятая ведьма... Он давно понял, что ей от него что-то нужно, но вот только что?..